Рубрикатор лаборатории

О писателях и писательстве (часть 2)

О писателях и писательстве (часть 2)

Прежде чем переходить от контекстного определения "нашего писателя", как "человека производящего тексты", к более практичному его толкованию, давайте уточним ряд положений, имеющих принципиальное значение.

Вот, казалось бы: пишет себе человек и пишет, а раз пишет, значит - он писатель и есть. Но, формально говоря, определение "человек пишущий" (homo scriptus) не тождественно понятию "писатель", сделанному ранее. А уж если судить по надписям в подъездах, на заборах и в других местах общего пользования, то складывается впечатление что некоторые homo даже будучи scriptus, сапиенсами вовсе не являются. Впрочем, сама зона "неразумного писательства" простирается гораздо шире и вовсе не ограничивается зеркалами и стенками лифта или асфальтом под ногами.

Кстати, об асфальте.

Плотность надписей, а точнее - рекламных сообщений - которыми не перестают нас радовать пешеходные дорожки и тротуары, как бы намекает на их действенность, т.е. способность давать определённый результат. А еще - это предельно наглядная, буквально лежащая под ногами, демонстрация одной из основных функций писательства - коммуникативной. Иначе говоря, "писательство" можно определить как "способ передачи сообщений (информации) от одного субъекта (автора), к другому субъекту или субъектам (потребителям, читателям или даже пациентам) посредством языка, в его лингво-семиотическом смысле.

Хотя существует мнение, что это не мы используем язык для вербализации невербального, а сам Язык, как форма внутреннего Бытия коммуницирует с Реальностью посредством нас и нашего речевого аппарата. Но для подобных тем существует Оракул. Мы же вернемся к "нашим баранам".

Внутренняя мотивация или почему мы пишем то, что пишем?

Если не рассматривать теорию о нашей "вторичности", то, первичным побудительным мотивом для писательства является потребность в общении. И не обязательно с внешним миром. Человек, как комплексная личность, самодостаточен.

Ведь когда мы думаем "что мы думаем", у нас уже получается некий внутренний диалог. "Некто" прямо у нас в голове осуществляет вербализацию, т.е. превращение в слова, речевые обороты и формулировки нашей бессознательной (явно не осознаваемой) психической активности, которая, вообще-то говоря, является невербальной по самой своей сути. Хотя, правильней было бы назвать такой процесс "псевдовербализацией", ибо никакого "озвучивания" при этом, как правило, не происходит.

В этой связи, например, французский математик Анри Пуанкаре, как-то заметил (говоря о пользе интуитивный прозрений): "Кажется, что в таких случаях, ты словно присутствуешь при своей собственной бессознательной работе". В этом же ключе высказывался и поэт Поль Валери: "Для того, чтобы изобретать, надо быть в двух лицах одновременно: один - образует сочетания, другой - выбирает то, что больше соответствует его желанию и то, что он считает наиболее важным из того, что произвёл первый". А ведь это даже не клинический случай "расщепления рассудка", когда люди слышат, или думают, что слышат некие множественные голоса, и не классическое "раздвоение личности", которые, впрочем, часто путают между собой и относят к разряду шизофрений.

И если первое (расщепление), скорее всего, действительно является болезнью (с учётом тотальной относительности всего сущего), то второе (раздвоение) представляет собой более интересный (для писателя) феномен из разряда "диссоциативных расстройств идентичности". Причём, воздействие, инициирующее проявление данного феномена может быть как внешним, так и внутренним.

Под "внешними" факторами чаще всего понимаются какие-либо тяжёлые эмоциональные травмы, обычно происходящее в раннем детстве, в частности: повторяющееся запредельное физическое, сексуальное или эмоциональное насилие, или, например, применение на вас смертельного неотражаемого заклинания.

Но, как говорят, с этим вполне можно жить, и даже извлекать из такого состояния определённую выгоду или даже пользу.

Первое, что приходит мне в голову в качестве примера - это некто Андреас О. он же Оливер А. Мерса, доктор алхимии Гинденбергского университета Герметикона (коллеги, всё-таки), в котором уживалось, как минимум две, указанные выше, личности. Впрочем, его профессиональные качества, как он уверял, от этого не страдали. Да и будь это иначе, разве нанял бы его к себе на работу сам Помпилио Чезаре Фаха дер Даген Тур!

Ещё один, довольно свежий пример, из тех, что находятся ближе других по темпоральной шкале моей памяти - это персонаж "Острова" (угадайте - какого?). Одна из субличностей там именовала себя Сергеем, и даже утверждала, что она (он) наш земляк. А вторая - так и подумать страшно... Да сами посмотрите, если интересно.

Ну и последний, я бы сказал, пограничный, пример. Почему пограничный? Видите ли, субличностей в данном, бесспорно уникальном, экземпляре определённо больше двух. Гораздо. Что не мешает этой мультиличности вполне успешно существовать вне стен лечебно-профилактического заведения. А всё благодаря усвоенным им с детства методам рационального мышления, незабвенного и непревзойдённого Элиезера Юдковского. Речь, как вы уже могли догадаться, идет о самой известной реинкарнации не менее известной личности Гария Горшкова (в миру - Г. Поттера). Кстати, и в "оригинальной" версии, абсолютно унитарной личностью он тоже не был, так ведь?

Да "чиво уж там" говорить, если сама Модель коммуникационных уровней литературного произведения (Яник, 1973), включает одних только авторов целых три категории: конкретного, абстрактного и фиктивного, не говоря уже о читателях и всяких-прочих нарраторах и реципиентах.

В сходном ключе высказывается и известный отечественный Мастер Слов, уважаемая Елена Хаецкая, которая советует создавать различные авторские субличности загодя, для последующего целевого использования, например в т.н. "межавторских проектах", утверждая, что "самый простой путь (сохранения "истинного-я") - пользоваться разными псевдонимами". Создаете "образ автора" с параметрами, подходящими для конкретного проекта, маркируете его "псевдонимом" и - вперед! Один проект - один "псевдоавтор".

Впрочем, вот что она сама говорит по этому поводу в своей книге "Как писать книги":

"Я считаю, что вы - (как) автор межавторского проекта не должны быть тождественны себе - писателю. Ни в процессе работы, ни в готовом тексте, ни в собственном сознании (вот оно!), ни в глазах общественности. Дистанцируйтесь. Межавторский проект не (по)требует от писателя задействовать весь спектр знаний, умений и просто, не побоюсь этого слова, души. Нужна лишь какая-то часть..."

И с этим трудно не согласиться, по крайней мере, некоторым из меня.

Другой известный гуру Юрген Вольф идёт ещё дальше. "Создай себе двойника",- призывает он. - "Столкнувшись с задачей, которая вам не по душе, представьте, что кто-то сделает это с радостью. Подумайте, какими качествами должен обладать этот "кто-то"... затем на некоторое время представьте себя на его месте".

Скажем, для наведения и поддержания рабочего порядка он рекомендует призывать супергероя по имени, мм... "Пыльный убийца". В проведении исследований на исторические или игровые темы вам поможет другой двойник, чем-то напоминающий Незнайку или Непоседу. А вот для сбора конкретных фактов и документальных свидетельств более полезной окажется тень мисс Марпл или Отца Брауна. "Это очень потешно - иметь рядом с собой команду полезных личностей... эта техника отлично работает (только не говорите никому об этом...)", - советует он.

А как вы не скажете, если будучи единожды призванными, эти (да и другие - тоже) вовсе не торопятся куда-либо уходить, пытаются объединиться в профсоюз для защиты своих прав, а сейчас вон - чай собрались пить! И еще заяц этот... Впрочем, расходы на чай и варенье, вполне сойдут за производственные издержки.

Заметьте, ведь мы почти не вспомнили об Алисе, которая, как известно, была не совсем в своем уме, о чем нам рассказал Кэрролл, который на самом деле был Доджсоном, о котором говорят, что тот был... Врочем, это к делу не относится. Да. Тут главное - вовремя остановиться, тем более, что у этой компании и так всё время - время пить чай.

Но, как показывает практика, предложенный выше способ "дубликативного общения" таит в себе целый ряд потенциальных опасностей, о которых мы вас просто обязаны предупредить. Прежде всего - это ограниченные возможности человеческой памяти, как оперативной, так и долговременной. Как говорят специалисты (среди которых определённо имеются и британские ученые), обычный человек может одновременно контролировать, т.е. удерживать "во внимании" примерно 7(семь) плюс-минус 2(две) темы. Выражаясь "околомашинным" языком, можно сказать что "стек" оперативной памяти вмещает только ограниченное число указателей на файлы активированных тем - предметов наблюдения или обсуждения (коммуникации).

В этой связи, за вычетом одного указателя, который зарезервирован, по-умолчанию, для наблюдения за окружающей действительностью, и еще одного для контроля "эго-прим", остаётся не более пяти указателей для создания субличностей. Причём, если по какой-либо причине произойдёт некорректное завершение одного из процессов, связанных со "стеком", то весьма вероятна порча человеческого аналога таблицы размещения файлов в долговременном хранилище (HFAT, Human's File Allocation Table), что, в свою очередь, может привести как к потере самой информации, так и (с большей вероятностью) потери доступа к ней. Перечень психических расстройств, связанных с подобной симптоматикой, слишком длинный, чтобы приводить его здесь полностью. Поэтому будьте осторожны и не создавайте субличностей свыше указанного предела!

Впрочем, человеческий мозг и процессы в нём протекающие всё ещё и во многом остаются terra incognita даже для самих специалистов (включая британских ученых).

Но тут нам на выручку приходит письменность. Говорят же "плохая запись лучше хорошей памяти". Иначе говоря, следующий уровень вербализации - это отчуждение и сохранение ваших внутренних диалогов на внешнем носителе, будь то: лист бумаги, блокнот, тетрадь, память компьютера или иного электронного гаджета. Обычно такой процесс ассоциируется с ведением личного или персонального дневника. Помимо чисто психиатрических аспектов подобной деятельности, она может принести и вполне практическую и даже материальную пользу, если не вам, как автору этих дневниковых записей, так возможно - вашим наследникам, если только потомки, в широком смысле этого слова, оценят ваши писательские или иные таланты существенно выше, нежели ваши современники. И, не потому что они (современники) такие вредные, а лишь по простой причине полного отсутствия информации об их (ваших дневников) существовании. Но, собственно, так оно и должно быть, ведь личные дневники они для того и Личные. Не так ли?

Следующий шаг - это писательство для внешнего потребителя. Создание тех самых отчуждаемых повествовательных произведений и других текстов. Что же заставляет нашего homo scribus становиться писателем?

"Побудительным мотивом в создании "настоящего произведения" всегда служит жажда творчества, желание дать жизнь чему-то, чего ещё нет", - говорит ранее упомянутая Е. Хаецкая. И это замечательно соотносится с нашим определением артефактума, как "не случайно возникающей вещи". Правда она тут же предупреждает, что "...книга, написанная исключительно из любви, из внутренней потребности её создать, всегда представляет риск для автора". Как и любовь. С чем тоже нельзя не согласиться.

Впрочем, рисков нам не избежать, при всём старании. А вот желание - это хорошо, ибо "Союз желания и мастерства рождает шедевры", - как сказал другой известный Мастер Слов, Джон Раскин, которого чаще именуют Рёскин или, попросту Рескин, хотя, вообще-то, он Ruskin, не смотря на то что John.

С желанием творить - понятно. А какие внутренние побудительные мотивы (мотивации), - спросим мы, - могут существовать у "нашего писателя", кроме того?

На что его американский коллега Эрскин Колдуэлл отвечает: "Я пишу потому, что видел людей и вещи, о которых мне хочется рассказать. Я даже думаю, что обязан это сделать". Вот вам ещё один мотив - желание делиться знаниями, опытом и впечатлениями от увиденного и пережитого. А ещё?

На самом деле таких мотивов можно отыскать великое множество. Вот лишь некоторые из них, перечисленные в упоминаемой ранее книге "Алхимия Слова":

  • Желание исповедаться

"Как и всякая исповедь, литературная исповедь снимает тяжесть с души человека, освобождает его от терзаний, он навязчивых чувств и мыслей... Доверить слову застывшую горечь, сожаления, тревоги, раздражения, гнев - значит внутренне очиститься, иногда это единственный выход, рефлекс самообороны от смерти или безумия". - Это снова Парандовский. И далее, в "закавыченных" цитатах тоже будет он, если только явно не указан кто-нибудь другой.

  • "Дух бегства" или эскапизм

"Добрую часть литературы можно объяснить "духом бегства"... Поиски чего-то иного, далёкого - во времени, в пространстве, в ландшафте, в обычаях, в верованиях и чувствах - все это бывало непреодолимой потребностью иногда даже целых эпох, и "дух бегства" обрекал на эмиграцию не одно поколение... Что же это был бы за писатель, которому оказалось бы чуждо наслаждение освободиться от себя, раствориться и жить жизнью, созданной своей фантазией, жить в выражающих её словах". Чертовски хорошо сказано.

В качестве примера "отечественного эскапизма" можно привести, например, цикл историй о сэре Максе другого Макса, неподражаемого нашего Фрая, который, на самом деле и не Макс вовсе, а скорее даже наоборот. Впрочем, мы снова отвлекаемся.

  • Чувство собственного несовершенства, собственной неполноценности

Для писателей, ведомых таким мотивом "...творчество должно было компенсировать незнатное происхождение, удары судьбы, материальную необеспеченность... Создаётся вымышленный мир, потому что мир действительный превратил человека в существо убогое и разочарованное... Ницше свою ничтожную личность воплотил в фикции сверхчеловека". Вот оно даже как.

  • Сублимация реальной деятельности и замена её творчеством

Определённо: "Литература лишилась бы многих своих представителей, если бы те получили возможность проявить себя в качестве полководцев, политиков или хотя бы светских людей. ... Лишённые возможности действовать, они предавались мечтаниям, создавали философские системы, утопии, точно так же как, не имея данных для успеха в любви, обольщали и добивались красивых женщин - в стихах и прозе - с помощью своих вымышленных героев".

И далее: "Перенестись в вымышленную жизнь, преобразить своё собственное жалкое тело и невесёлые семейные отношения в свежую красоту, в существование приятное и яркое, свои положительные качества довести до степени идеала, а собственными недостатками наделить персонажей, обречённых на неуспех, или, наоборот, недостаткам придать блеск добродетели, пусть даже зловещий блеск, - все ухищрения подобного рода, встречающиеся в тысячах вариантов, направлены на то, чтобы отнять у судьбы, замкнувшей нас в раз и навсегда установленных границах и в трудно поддающихся изменению условиях, хотя бы частицу её власти над нами. Это стимул огромной силы. По силе он не уступает многим иным страстям, а нередко даже могущественнее их".

Вам ещё не захотелось "посублимировать"?

  • Стремление к независимости

"Стремление к независимости - одна из самых благородных черт человеческой натуры, живой пламень, зажигающий революции, светоч на пути прогресса и свободы... Стремление к независимости заставляет человека нарушать обычный ход вещей, предопределяет судьбу сильных личностей, рождает авантюристов и пионеров, заставляет человека пускать корни на дотоле пустых и неисследованных пространствах всех континентов. Искусство наделяет творцов властью, которой могли бы позавидовать владыки земли, если бы обладали достаточной долей воображения. Перо становится волшебной палочкой, извлекающей из хаоса явлений действительности новый, неведомый мир, вместе с тем оно оказывается скипетром, которому этот созданный Мир подчиняется беспрекословно".

  • Служение неким идеалам: религиозным, национальным, общественным или корпоративным

Парандовский сознательно исключает из перечня творческих импульсов, свойственных "настоящим художника слова" указанные мотивы, относя писателей данного типа к категории "апостолов", т.е. проповедников чего-либо. Кстати, в современном мире существует ещё одно, схожее, понятие "евангелист", т.е. человек, "как бы" бескорыстно продвигающий, поддерживающий и пропагандирующий какое-либо явление, верование или технологию. Но далее, он признает, что творцам также не чуждо служение различным идеалам, они "могут претендовать на власть над душами, но все это происходит значительно позже, далеко он начала их творческого пути". Как правило.

  • Влияние различных эмоциональных порывов, чувств

"Оказывают влияние (на писателя) и различные эмоциональные порывы, например такие возвышенные, как болезненная любовь к отчизне, или такие низменные, но отнюдь не менее сильные, как гнев, ненависть, месть, - все они имеют своих представителей в литературе, и не только среди посредственных писателей".

  • Чувство соперничества и тщеславие
  • Желание сравняться с другими или быть лучше их
  • Стремление занять более высокое место в мире слова и мысли
  • Ппотребность вырваться из-под наклеенного ярлыка

Как-то "отец Фандорина", или "создатель Шерлока Холмса", например.

  • Простое удовольствие, приятность (от процесса письма, творчества и писательства)

"Не следует недооценивать и таких, на первый взгляд малосущественных, чувств, как простое удовольствие, приятность. Они определяют не только те ранние периоды в творчестве писателя, когда он, впервые склонясь над листом бумаги, пьянеет от слов, но и они же вкладывают писателю перо в руки и в более поздние периоды, и это случается чаще, чем можно предположить". Говоря о "пере" он (Парандовский), конечно же, имеет ввиду "гусиное перо, т.е. перо гуся, использовавшееся в качестве письменного инструмента на протяжении VII-XIX веков, вплоть до изобретения металлического пера; и являющееся, в современной культуре, негласным символом литературного творчества и поэзии".

Не станем забывать и о внешних стимулах (побудительных мотивах), "которые, может быть никого и не сделают писателем, но наверняка смогут раздуть дремлющую искру".

  • Мода

"Бывали эпохи, когда этому (мотивации творческого начала) способствовала мода - она заставляла людей определённого класса или занимающих определённое общественное положение заниматься литературным творчеством". Нам повезло (нет?) жить в одну из таких эпох.

  • Коммерция. Деньги и жажда наживы

"Иного рода стимулы породила коммерция, привнесённая начиная с XIX века в литературную жизнь. В богатых обществах некоторые писатели наживали целые состояния, что не могло уйти от внимания людей предприимчивых и ловких. По правде говоря, не встречалось еще примера, чтобы таким путем в литературу вошёл великий художник, но зато она кишит оборотливыми спекулянтами, фабрикантами слов, и нередко широкая публика проявляет к ним доверие, которого они никак не заслуживают". Это же какой простор для компетентных органов?

Чтобы вы смогли лучше понять мотивы и мысли автора, а также более объективно сравнивать "тогдашнее" отношение к литературе и литературному творчеству, с "современным", напоминаем, что создавалась эта книга в период с 1939 по 1951 годы.

С учётом вышесказанного, приведу ещё одну цитату.
"Существует даже биржа литературного ремесла, например, в отделе объявлений американского журнала "The Writer"("Писатель"), где есть спрос и предложение на романы и драмы, идиллии и сонеты, стихи рифмованные и белые, на темы, объемлющие всё - от весенних облаков до фабричных отходов, от садизма до святости. Самое возмутительное в этом журнале - его название".

Какой ужас! А ведь об "этих ваших интернетах" он даже понятия не имел.

Ну что ж. Если среди перечисленных побудительных мотивов для писательства вы не обнаружили ничего подходящего для себя, остаётся только изобрести свои собственные, либо, вздохнув о напрасно потраченном времени, заняться чем-нибудь другим, более материалистичным.

На этом наша сегодняшняя встреча заканчивается.

В следующий раз мы поговорим о самом писателе. О том, какие они бывают? Как и по каким критериям их оценивали раньше, и что изменилось в оценке писательского труда в дне сегодняшнем? Как соотносятся понятия "литератор", "писатель" и "автор"? И много о чём ещё.

Засим прощаюсь и благодарю за внимание.

Искренне ваш,
Артэмиус.

--
Комментарии и "шаринг" приветствуются и положительно влияют на вашу Карму.
Нет комментариев. Ваш будет первым!