В данном разделе любой участник может опубликовать свои "мысли вслух".

СЕНС

- Петька!

Дверь моей квартиры распахнулась так, словно за ней бушевал маленький тайфун.

- Петька, ты где?

Знал я это стихийное бедствие: он с детства был такой, верный друг Родион. В школе, где мы учились – ужас для преподавателей, в армии, из которой недавно вернулся – ужас для командиров. Не знаю, каким богам они там молились, отправляя парня в запас, но молились точно, потому что иметь в подразделении бомбу, с непредсказуемыми характеристиками, это ж какими нервами надо обладать.

- А вот ты где! – радостно взвинтился он, увидев меня. - Пойдём, я тут такого Сенса нарыл – ребята посоветовали – всю судьбу наперёд рассказывает!

- Шарлатана ты нарыл! – буркнул я, безнадёжно прикрываясь книгой. – Знаю я их, расплодись, как собаки не резанные, и все потомственные, в десятом поколении. Иди к чёрту, вместе со своим разводилой.

- Не, ну ты чё! – возмутился он. - Его знающие люди рекомендовали!

- Ну, да! - согласился я. – Такие же, как ты – знатоки истории, в десятом поколении, не меньше. Рюря, этих «Сенсов» раньше «Колдунами» называли! И жгли с таким удовольствием, что долго ещё поколениям взяться неоткуда будет. А кто сумел иллюминации избежать, до сих пор тихо сидит. Чтобы общественность не будоражить.

- Ты-то откуда знаешь? – изумился он.

- Умные книги читаю! – поддел я. – Иногда это помогает элементарные вещи понимать. Рекомендую, кстати.

- Да иди ты! – не поверил он. – Какие книги, при твоей-то замшелости? Я от неё сдохну когда-нибудь: вокруг столько нового, столько интересного, а ты – книги! Пойдём, сам увидишь, и убедишься, что прав был я!

- Думаешь, меня пустят? – насмешливо посмотрел я. - Чтобы кто-то мог засвидетельствовать, как из тебя дурака слепили?

- А я скажу, что ты со мной! – уверенно заявил он. – И всё будет нормально.

- Ну-ну! – моя физиономия непроизвольно скособочилась. – Мечтать не вредно.

Разумеется, я оказался прав, что и подтвердил Рюря, смущённо выглянув из двери квартиры, прятавшейся в чреве обычной пятиэтажки. А я и не возражал, мотнул головой в сторону небольшого скверика, исключительно для информации, где буду, и удалился, не мешая дураку наслаждаться новыми веяниями.

Ждать пришлось долго, но я снова не возражал, ибо ранняя осень, насыщенная потрясающей гаммой цветов, с преобладанием благородного шоколада, усиленного золотом листвы, всегда приводила меня в состояние тихого восторга. Я по-настоящему любил это волшебство именно за богатство красок, которого в наших краях просто не бывает в другие времена года.

Наслаждаясь янтарём звенящего воздуха, я не сразу заметил Рюрю, выглянувшего, наконец, из дыры обшарпанного подъезда. Явно что-то высматривая, он долго вертел комично выдвинутой головой, потом разглядел меня, и, не меняя позы, осторожно двинулся к скамейке.

- Петь? - чуть ли не шёпотом поинтересовался он, всё ещё оставаясь в комичной позе. - Ты тут этого... «Сенса»... не видел?

- А надпись на нём была? - спросил я шутливо.

- Не было на нём надписи! - серьёзно ответил Рюрик. - На нём мантия была. Чёрная. Атласная.

- Мантия, говоришь? – прищурился я. – Мантия… Да, тут какой-то тип из подъезда вываливался... да, в балахоне. Чуть ли не на четвереньках, между прочим. А потом рванул так, что балахон, кажется, об воздух со скрежетом тёрся! Искр, правда, я не видел.

Рюрик, без тени улыбки, долго смотрел на меня, гулко сглотнул, и как-то неуверенно попросил:

- Идём отсюда, а? Что-то неуютно мне стало. Пойдём!

- Пойдём! - согласился я. - Тут неплохое кафе есть, посидим?

- Ага! – как-то затравлено огляделся он. – Посидим… где угодно посидим. Только не здесь!

***

- Ой, что было! - подперев щёку ладонью, вспоминал немного оттаявший Рюря. – Поставил, значит, Сенс на стол шар волшебный. Хрустальный. Большой! Начал заклинания бормотать. Руками что-то месить в воздухе принялся. Забавно так! Слушай, ты ж, паразит, мне всю малину испортил: шарлатан, шарлатан. Я ж другими глазами на него смотреть начал!

- Не отвлекайся! – посоветовал я.

- А, ну да! Значит, говорит он мне: «Сейчас твоё будущее появится. Только ты, говорит, не скупись, ты под шар денег положи, сколько не жалко. Чем, говорит, щедрее будешь, тем больше он тебе покажет!». Я, значит, денег и загрузил! Наверное, мало – ничего видно не было. Я добавил. И как только я добавил, тут-то и поехало… И попёрло – шар сначала немного замутился, а Сенс всё замешивает и замешивает! Потом муть начала вроде как твердеть, и переливаться очень странно. И вдруг – застыла! Вроде, какая-то там фигура появилась. Я так и не понял, что это было. - Он гулко сглотнул. - А мой Сенс руками дёргать стал всё тише и тише, зато белеть начал прямо на глазах! Я, Петь, такого в жизни не видел! Представляешь, морда белее ваты, а глаза – как нарисованные. Я сначала ничего не понял. Смотрю на него, на шар, снова на него, и ничего понять не могу. Шар - чёрный, этот - белый весь. И всё застыло, как на фотографии. А потом он как выпучит глаза нарисованные. Как замашет, да голосом не человечьим заверещит, я поначалу даже испугался! Потом сообразил - это он с духами разговаривает. Сижу, жду, что дальше будет? Страшновато конечно, но и интересно тоже: не каждый день такое вблизи увидишь!

Рюрик перевел дух, зачем-то осмотрелся, и продолжил:

- Ты не поверишь, дальше пошло ещё страшнее: этот уже синюшный, в шар смотрит глазами от натуги чуть не лопающимися, и хрипит что-то непонятное. А потом вдруг падает на четвереньки, и с низкого старта вышибает дверь лбом! А я сижу… Жду… Думаю, это он на переговоры с небесным начальством рванул. С минуты на минуту явится, и полную информацию о моей судьбе выложит. А его всё нет, и нет! Потом я не выдержал, и посмотрел на шар с его стороны. А там, Петь, ничего особенного, шар как шар – с моей стороны он точно такой же.

- И что ты? – полюбопытствовал я.

- А что я? - удивился он. - Деньги из-под «телевизора» вынул, мне же ничего не показали, значит, работу не выполнили, и пошёл в прихожую с претензиями. Там у него милейшая секретарша на приёме сидит.

- Она тебе всё и объяснила? - невинно спросил я.

- Ага! - возмутился Рюрик. - Объяснила! Если бы! У неё самой вместо глаз шары были чуть поменьше, чем сенсовский «телевизор». И рот разинут так, что запросто можно въехать, не отцепляя прицепа. Я говорю: «Слышь, красавица, куда начальство подевалось?». А она только мычит, воздух ртом хватает и, похоже, совсем не понимает, что вокруг происходит. Еле-еле в чувство привёл. Пока с ней возился, у самого мурашки по хребту бегать начали. С какого чёрта, - понять не могу, но чувствую, линять надо. Как можно скорее. В общем, прав ты, шарлатаны они! Себя пугаются, и нам головы морочат. Не ходи ты к ним, ну их, к дьяволу!

- Не пойду! - рассмеялся я. - И не уговаривай!

***

- Ну, внучек? - спросил Дед, внимательно рассматривая меня. - Расскажи, как жил, что делал?

- Прости, Дед! – бросая дорожную сумку на пол, виновато ответил я. - Он сам напросился. Я его только поправил. Совсем немного – может, одумается, найдёт другой способ деньги из людей выкачивать!

- Нет бы сказал - зарабатывать! - проворчал Дед.

- Не будет он их зарабатывать! - скривился я. – Он всегда будет выкачивать. В напёрсточники пойдёт, или лотереи беспроигрышные продавать станет. Придумает что-нибудь. А не утихомирится, и снова где не надо руками месить начнёт, ты уж извини, но я опять возле дома посижу, чтобы охоту к хрустальным изделиям напрочь отбить.

- Уже отбил! - усмехнулся Дед. - Ты его глаза разглядел, когда с шаром работал?

- Не сразу! - признался я смущённо. - Сначала занят был, а потом и сам испугался: три шара в одной комнате, это действительно – слишком!

- Я тоже подумал! - согласился Дед. - Хотел, уж тебя к порядку призывать.

- Да не собирался я его трогать! – честно признался я. - Ну, правда же! Дурит людям голову... И на здоровье. Им же самим хочется, чтобы их дурили. Я и с Рюрей-то пошёл просто так. Прогуляться... Да и нормально всё было поначалу. Посадил «сенс» его за стол, и начал молоть чушь всякую: «Чакры», «мантры», а тот, как дурак, уши развесил! Но, ничего же угрожающего не было, я и расслабился. А что такого, обычный шарлатан, разводит обычного «лоха». Ну «лох» этот – друг мой, хорошо! Друзей в беде не оставляют, это так. Но я же его честно предупреждал, что он к шарлатану идёт. Он же мне не поверил, так? Так! Ну, расстанется он с каким-то количеством денег, так ведь за удовольствие платить надо. За спектакль для одного зрителя – особенно, старался же человек! В общем, пока я ворон считал, они там и разошлись. А я чуть не проморгал: кто же знал, что у шарлатана задатки есть, а он о них понятия не имеет, и как ребёнок радостно в смертельный механизм лезет. В общем, когда этот деятель начал заклинания бормотать, где только, сволочь, их набрался, почувствовал я, что дело плохо. У обоих плохо! - я виновато посмотрел на Деда. - Вот от злости, что сам такой же дурак, и не удержался: закинул в хрусталь несколько картинок, с его участием. И картинки, вроде бы, были пристойные, и краски сгущать не стал. Но видел бы ты, как его понесло!

- Видел! - насмешливо кивнул Дед. – Видел.

- Извини! - я, как прилежный школьник, положил руку на руку, и улёгся щекой на это сооружение. - Я всё время забываюсь!

- Вот-вот! - согласился Дед. - Забываешься! А пора бы уже и за ум взяться! Совсем в своём городе от рук отбился!

- Нет! - возразил я неохотно. – Не отбился, просто выживаю. Слушай, - я потянул воздух носом. - Ты уж не кашеварил ли?

- Ну, как же! - кряхтя, поднялся Дед. - С утра, как ты собираться начал, твой суп, с бараниной, в печи стоит. Парится. Тебе посуду деревянную, или, по новой моде, «хваянс» подать?

- Нет, Дед! - мотнул я головой. - Суп, из русской печи, надо хлебать только деревянной ложкой, и из нормальной посуды. Ты не представляешь, как я по нему соскучился!

- Вот и переезжай сюда! - усмехнулся Дед. - Вдоволь нахлебаешься.

- Не готов ещё! - принимая источающую ароматный туман расписную миску, возразил я. - Да и за ребятами надо присмотреть. Мало ли к кому на сеанс напросятся.

- Уже присмотрел! - кивнул Дед. - Чуть весь город не переполошил.

- Извини, больше не буду!

- И то правильно! - согласился Дед. - Ни к чему нам лишние разговоры, да глаза любопытные. Люди мы скромные, известности не ищем, живем себе и никому не мешаем. Ты, внучек, только не забывай об этом, да народ зря не баламуть.

- Не буду, Дед! - пообещал я неуверенно. - Разве что – иногда…

- Ох, молодёжь, молодёжь! - качая головой, проворчал Дед. – Ничему-то вас жизнь не учит… Ладно, ешь, а то остынет, где ты ещё такого попробуешь.

- Придёт время, Дед, здесь и буду пробовать.

- И то, правда! – согласился он. – Должен же меня кто-то толковый заменить.

Нет комментариев. Ваш будет первым!