Рубрикатор

Встреча (Невечерний свет)

Лилово-пурпурный диск солнца клонился к (первому) горизонту, поливая багрянцем светло-зелёные поля и деревья, растущие вдоль извилистой тропы. Держа Инну за руку, я неторопливо шагал и поглядывал на свою спутницу. Девушка поминутно поднимала брови, сжимала губки … Порыв ветра — кроны зашептали, пытаясь поделиться своими тайнами.

-Мы почти на месте, Инночка.

-Я чувствую себя превосходно и никакой усталости. Прогулка перед сном идёт мне на пользу.

-Здесь мы с тобой не бывали.

-Тогда откуда ты знаешь, что мы на месте?

-Предчувствие. Разве у тебя такого не было?

Инна чмокнула меня в щёку и, преградив собой дорогу, прижалась ко мне всем телом. Я ощутил полыхнувшее пламя возбуждения, прокатившиеся с ног до головы.

-У меня предчувствие, что я сейчас кого-то крепко-крепко поцелую, заставив забыть обо всём на свете, — сказала девушка, игриво заморгав и завораживающе улыбнувшись. Изумрудные глазки обволакивали меня, пленили, усыпляли. Мне хотелось раз за разом, ежедневно напоминать ей, как сильно я её люблю, но временами доказывал свои чувства поступками.

Я обнял её за бёдра, прижал к себе, наши лица приблизились. И прежде, чем губы коснулись друг друга, мы услыхали хруст веток. Я вскинул голову, не отпуская любимую, и заметил скрывающегося за стволом тополя человека. Он боязливо выглядывал, словно играл в прятки. Появилась правая нога и пол-лица, затем левая – на тропу вышел коротышка в синей футболке и клетчатых шортах. На вид ему было двадцать пять лет. Он то и дело озирался по сторонам и пригибался.

-Вы хотите попасть к Ней? – спросил коротышка, прикрывая затылок правой ладонью.

Мы переглянулись и звонко расхохотались. Незнакомец едва заметно улыбнулся, но бровью не повёл.

-Я совершаю вечернюю пробежку в одном и том же месте. Сегодня… — Он сглотнул.

-Ты потерялся? – насмешливо осведомился я. – До города рукой подать.

-Нет! Нет, нет, нет, я не заблудился. Попал к Ней, случайно, я… — Коротышка попятился. – Возвращайтесь, здесь странновато. Простите.

-За что? – Инна продолжала улыбаться. – Объясни внятнее, мы же ничего не понимаем.

Незнакомец, будто не слыша, сжался, сел на корточки и застонал. Я дёрнул его за плечо, и вдруг парень подпрыгнул, залился истерическим криком и бросился наутёк.

-Мне уже совсем невесело, — сказала Инна, положив голову мне на плечо.

-Он явно не в духе, — предположил я. – Одинокий человек, которого депрессия довела до сумасшествия. Я встречал таких ранее, несчастные люди.

Девушка вздохнула, коснувшись носиком рукава моей джинсовой куртки. Мы продолжили путь, бросая восторженные взгляды на кремово-лиловое закатное небо и блеклое солнце, садящееся за (первый) горизонт.

Я остановился.

-В чём дело?

-Закат, — ответил я.

-Да, закат… не понимаю.

-У меня странное ощущение, что мы в скором времени… — Я встряхнул головой и, вновь обняв Инну, двинулся дальше.

Через сто метров, взору открылось холмистое тёмно-салатовое поле с… двумя горизонтами. Второй горизонт нависал над головой. Я опешил.

-Потерялись? – Надрывный женский голос вывел нас из минутного ступора.

Средних лет женщина уверенно двигалась к нам со стороны ближайшего холма.

-Отнюдь нет, — медленно проговорил я, всё ещё оставаясь под впечатлением от увиденного. – Гуляем. Вы, скорее всего, потеряли ориентир. Скоро стемнеет.

Незнакомка усмехнулась, сложила руки на груди и принялась разглядывать нас с нескрываемым интересом.

-Меня зовут Ольга, — сказала женщина.

Мы представились, желая поддержать бессмысленный разговор, а зачем – не знали.

-Я знаю, зачем ты пришёл, — улыбнулась Ольга. – Спросить меня. – И добавила прежде, чем я успел ответить. – Садись.

Она расположилась на мягкой траве, но мы продолжали стоять. Поколебавшись, последовали её примеру.

-Про Вас говорил молодой человек в клетчатых шортах? – поинтересовалась Инна.

-Этого я знать не могу, но позвольте сказать одну вещь. Все рано или поздно приходят ко мне. В разное время. – Ольга подмигнула, сорвала травинку и разжевала кончик. – Ты самостоятельно выбрал этот путь решения проблемы?

Я нахмурился от столь прямого и обескураживающего вопроса. Сглотнул, будто понимал суть диалога.

-О чём она говорит? – Инна дёрнула меня за рукав и прильнула. Обхватила за талию. Любимая. Любимая Инна.

-Я говорю о тебе, красавица, — сказала Ольга, переведя взгляд на зеркальные отражения кроваво-лиловых закатов. Два горизонта неспешно смыкались.

-Пора заканчивать бесполезную беседу, — бросил я. – Инна, уходим.

-Уверен?

Я замер. Брюнетка Ольга, прищурившись, любовалась не столько природным творением, сколько нами.

-Пожалуй, наша прогулка на сегодня закончена. Прощайте, уважаемая, — сказал я сухо и встал. Женщина поднялась на ноги и зашептала:

-Зачем ты держишь её за руку?

-Глупый вопрос! Мы любим друг друга!

-Ты любишь пустое место?

По моей спине пробежал холодок. Я сглотнул и покосился на Инну. Мои пальцы сжимали… пустоту. Воздух. Ничто.

-Меня зовут не Ольга, — продолжала женщина, — данное имя придумала на ходу. Обычно меня называют Судьбой.

-Инна здесь! Она была рядом! Была!

-Успокойся. Инна отвергла тебя месяц назад. Несчастная любовь. Бывает. – По её губам скользнула сочувственная улыбка. – Но не я здесь виновата, поверь. Ты передал власть в мои хрупкие, но вместе с тем холодные руки. Извини, тогда я руководствовалась нравоучениями. Когда ответственность перекладывают на мои плечи, я редко расщедриваюсь на поощрения подчинённого. Сам подумай, ты ведь стал рабом с того момента, как отказался творить свою жизнь собственными руками.

-Ты шарлатанка! – выпалил я, поражаясь, насколько быстро осознал суть происходящего. – Медленно, расчётливо уничтожаешь людей, ломая их судьбы.

-Я их не ломаю, глупыш. А всего лишь стараюсь достучаться до человеческого сознания. Неудачи, ошибки – встряска, которую дарит человеку Судьба, то есть я, чтобы направить ваши мысли в иное русло. Я будто бы кричу: ”Задумайся! Остановись! По какому праву ты позволил распоряжаться своей драгоценной жизнью! Зачем опустил руки, упал духом и позволил Мне – хрупкой Судьбе – за тебя решать проблемы? Всех на меня не хватит!” Я так устала, что приняла решение устраивать подобные встречи с отчаявшимися представителями рода человеческого. С какой стати ты зациклился на своей неудаче? А?

-Я… не…

-Так было проще, верно? По пути наименьшего сопротивления! Ха! Жалкое зрелище!

Горизонты сомкнулись, и у меня закружилась голова. Всё завертелось в немыслимом танце, неописуемом представлении.

-Время истекло, — изрекла задумчиво Ольга-Судьба. – Кое-кто не позволяет мне общаться с подчинёнными более нескольких минут. Ну? Что же ты решил?

Я сглотнул и отступил на шаг. Сердце колотилось в груди, мысли суетились в голове, руки дрожали. Правда. Жестокая правда, которую я тщательно скрывал от самого себя.

-Ухожу. Прощайте, Ольга. Прощайте.

-Надеюсь, — послышался голос за моей спиной, — что данная встреча разбудила тебя от сладкой дрёмы до конца дней. Если же нет, то… жизнь не стоит выеденного яйца.

Заплетаясь, мои ноги ступали на тропу. Яркая пурпурная вспышка озарила поле, переливалась над Единым горизонтом, слитым из двух.

 

Я стоял в поле. Один. Пение птиц, шелест травинок на ветру, глухие удары сердца в груди и ушах. Воспоминания нахлынули одновременно, беспощадно. Всю дорогу молчал, прокручивая в голове детали короткого диалога.

Остановился, тупо уставившись на тропу, серо-коричневой лентой уходящую вдаль. К одному горизонту, слитому из двух. А ведь я прогуливался по данному маршруту не один десяток раз.

 

Судьба расхаживала по картинной галерее. Кремово-золотистые лучи палящего Солнца придавали лакированным коридорам сказочно-золотистый вид. Однообразные, мрачные творения изобразительного искусства отторгали, но приковывали внимание любопытного наблюдателя. Женщина остановилась напротив странной картины с двумя горизонтами. Одинокий человек, засунув руки в карманы, стоял посреди тропы и задумчиво глядел вдаль. Женщина нахмурилась, глубоко вздохнула и отвернулась, сложив руки на груди. Вновь глянула на картину. Один горизонт, как символ единственного правильного решения проблемы молодого человека и… салатное поле. Чистое, яркое, безмятежное, свободное. Ещё вчера здесь преобладали серые, хмурые оттенки и молодая пара на этом скучном фоне. Силуэт девушки был размыт, едва заметен, скуп.

Улыбнувшись, Судьба сняла картину и бережно отставила в угол.  Теперь она стала самобытной, красочной. Вызывала внутренний восторг, зажигала внутренний огонь блаженства.

Повернулась к остальным творениям. Сотни, тысячи бездарных работ вызывали скуку. Работы предстоит немало. Осталось выбрать самых достойных для очередной встречи, которая, возможно, откроет им глаза. Заставит переписать картину собственной жизни. Возможно.

-Ах, да, — вспомнила Судьба. – Совсем забыла про молодого коротышку, однако его картина нисколько не меняется. Ну как можно всего бояться? Как? Неужели он будет всю жизнь прятаться от возможности что-то поменять?

Она остановилась напротив его творения. Блеклые, неинтересные краски. Казалось, они стали ещё тоскливее. Да, подумалось Ольге, на некоторых моих подчинённых не стоит тратить время.

 

0
23:50
Нет комментариев. Ваш будет первым!