За ёлкой... на Вудсток (10068)

Представьте, что у вас есть машина времени, и вы можете отправиться в любую эпоху, в любой год, в любую точку мира. Представили? И что бы вы выбрали? Я слышу, как вертятся колёсики в вашей голове. Дикий Запад, строительство пирамид или ДнепроГЭС... На самом деле это не важно. Наверняка, вы думаете сейчас о каких-нибудь дальних эпохах и странах, а вот я бы хотел вернуть вчерашний день, а именно двадцать шестое декабря две тысячи пятнадцатого года, часов эдак семь утра. Как раз за минуту до того, как мне позвонит Леха и бодреньким голосом сообщит, что ждёт меня у подъезда. Несколько секунд у меня уйдёт на обдумывание этой информации, а потом я отвечу ему "нет", перевернусь на другой бок и продолжу спать. Как минимум до обеда. Потому что каким сумасшедшим надо быть, чтобы тащиться в семь утра черти знает куда за какой-то дурацкой ёлкой. Нам что десять лет, чтобы радоваться ёлке? Ну серьёзно, мне уже восемнадцать, и я учусь на первом курсе. Вернее учился.

Ещё вчера я, в общем-то, неплохо представлял себе своё будущее. Закончу универ, буду писать крутые проги. Заработаю кучу денег, буду крут и знаменит как Цукерберг. А что теперь?

Нет, мне вообще-то грех жаловаться. Меня могло занести к динозаврам, или еще хуже во времена каких-нибудь конкистадоров или монгольского нашествия, а я сижу себе у стойки в придорожной кафешке. Попиваю через трубочку кока-колу, смотрю по сторонам. Бордовые кожаные диваны, на столах красные и жёлтые бутылки с кетчупом и горчицей, и хромированные салфетницы, в которых отражаются одни длинноволосые хиппи. Мне нравятся хиппи. Они считают себя свободными. Они говорят "занимайтесь любовью, а не войной", но кто их слышит? Как сказал недавно наш историк, война у людей в крови. Это человеческая природа, если хотите. Он говорит, что только люди убивают друг друга из-за того, что одни считают себя лучше других. Наверное, он прав.

Нас разделяют сорок лет. Вчера разделяли. А сегодня я в Америке.

Давно мечтал побывать в Америке. И вот узнал, что мечты сбываются. Эй, как это работает? Хочу миллион долларов! Прикладываю ладонь к уху и оглядываюсь по сторонам, не посыпятся ли с потолка зелёные бумажки. Но нет, ничего такого. Только Боб Марли и солнечный свет, пробивающийся сквозь неплотно закрытые жалюзями окна.

Сейчас август, и с окрестных полей доносится запах зрелой пшеницы. На самом деле я понятия не имею, как пахнет зрелая пшеница, но мне кажется, что она пахнет именно так.

В общем-то, мне несказанно повезло, я мог оказаться зимой восемьсот двенадцатого в России. Перемёрз бы нафиг вместе с французами. Говорят, зимы тогда были не то что сейчас, когда дождь идёт под Новый год. Даже я помню, что когда-то зимой снег хрустел под ногами.

Вообще говорят, раньше было лучше. Трава зеленее, деревья выше, а еда экологичнее. Не знаю, здесь в шестидесятых машины чадят как старая дедова пятёрка. Хотя их меньше, гораздо меньше.

Ко мне подходит девушка. Миленькое личико сердечком, длинные светлые волосы, вязанная разноцветная повязка на голове и короткое платьице с бахромой по подолу.

"Привет!" говорит она и протягивает мне цветочек. Скольжу по ней взглядом. Правда тогда были свободные нравы? Раздумываю над тем, чтобы проверить, но влетает Леха.

- Я договорился! - кричит он почти от входа, привлекая к нам внимание. - Там одни чуваки согласились подкинуть нас до Вудстока.

Вудсток. Конечно, куда ещё податься, если ты оказался в Штатах в шестьдесят девятом? Леха не унимается с этой темой с прошлой субботы. Сдаётся мне, только благодаря ему мы оказались именно здесь. Все-таки хорошо, что он не увлёкся крестовыми походами.

- У нас денег нет, - лениво отвечаю я, притягивая к себе девушку. Она смеётся и даже не думает сопротивляться.

- Придумаем что-нибудь, - горит энтузиазмом Леха.

Его совсем не волнует, что мы, наверное, никогда больше не вернёмся домой. И тут я понимаю, что мы чертовски далеко от дома. Не просто за какие-то сотни километров, а за десятки лет. От дома. От маминого пирога с вишней, от папиного "ты здоровый мужик, бить ремнём тебя не солидно", от сноуборда, который мне подарили позавчера на день рождения.

Девушка теребит мои волосы и хихикает в ухо. Задумавшись я даже не заметил, что моя рука сползла ниже талии.

- Вечно ты что-нибудь придумываешь, - ворчу я. - То качели лизать в мороз, то за ёлкой ехать к какому-то подозрительному деду Егору...

- Я откуда знал, что он подозрительный, - оправдывается Леха и с завистью смотрит на девушку. - Батяня сказал, что у него ёлки по пятьсот рублей. Два с половиной метра и всего пятьсот рублей. Это же практически задаром.

- Ёлки по пятьсот и машина времени в кладовке...

- А нафига ты к нему в кладовку попёрся? - Леха облокачивается на стойку и нагло тянет руку к моему стакану с колой.

- Туалет искал, - огрызаюсь я. - Вот ты нафига за мной пошёл?

- Не знаю, - бурчит Леха.

- Любишь ты ручонками своими во всякие кнопки тыкать, - бормочу я, но не злюсь. Уже не злюсь. Вчера я едва ему не вмазал, когда мы оказались вдруг посреди парковки какого-то торгового центра, а кругом сплошные ретро-тачки, и когда до нас дошло, что мы не в музее и не на съёмках какого-нибудь фильма, а в самом настоящем прошлом.

Поворачиваюсь к девушке. "Поедешь с нами?" Не понимает по-русски, смеётся. Говорю ей "Лондон из зе кэпитал оф грейт британ". Смеётся ещё больше, показывая ровные белые зубы. "Вудсток"*. Кивает. Спрыгиваю с высокого стула и тяну ею за собой к выходу. Она послушно идёт следом.

- Ты че её с собой взять хочешь? - спрашивает Леха.

- Она не против, - говорю я, не оборачиваясь.

Выходим на улицу. Заходящее солнце отражается в стеклянных окнах придорожной забегаловки, заставляет жмуриться. Какой-то чувак в выцветшей бандане и потрёпанной кожаной куртке машет нам и кричит что-то по-английски. Леха кричит в ответ по-русски. Я понимаю, что банда байкеров, припарковавшаяся за углом, и есть наш сегодняшний транспорт. Напрягаюсь, притягиваю к себе девушку и дёргаю Леху за рукав футболки.

- Ты уверен?

- Ага, - засовывает руки в карманы и идёт прямо в рычащую движками толпу. Замечаю, что на нем старые стоптанные кеды.

- Где твои ботинки? - кричу ему вслед я.

Леха молчит, но я, в общем-то, знаю ответ. Моя куртка оплатила нам сегодня ночлег и завтрак. У нас остаётся совсем небольшой капитал - Лехин пуховик и мои перчатки. На мне кроссовки. Наконец не надо отвечать на вопросы, не холодно ли мне в них зимой.

Обнимаю девушку за плечо, показываю на себя, представляюсь: "Антон", показываю на Леху и говорю по слогам: "Ле-ха". "Жюли", хохочет девушка.

"Жю-ли", повторяю я.

- Купим акции "Эппл", - говорит мне вдруг Леха и мечтательно смотрит куда-то вдаль, - или нет, мы создадим свой персональный компьютер, или напишем первую операционную систему, опередим Джобса!

- Где мы возьмём деньги? - спрашиваю я. - Хиппи купили нам сегодня обед, думаешь завтра они скинутся нам на виллу на Гавайях?

- Возьмём автограф у Элвиса Пресли, продадим и станем миллионерами. Он же жив ещё?

Пожимаю плечом, откуда я знаю?

- Да заработаем! - кричит Леха. - Откроем бюро по прогнозам и предсказаниям.

- Посадят за мошенничество, - бурчу я.

Подходим к байкерам. Блестит хром, пахнет выхлопом и кожей. Обветренные и заросшие щетиной лица в общем выглядят приветливо. Один из них показывает, что девушка сядет с ним, а я поеду с другим чуваком. Крепко держу Жюли и не спешу никуда садиться. Леха уже устроился за тем мужиком в бандане.

- Эй, ты чего завис?

Байкеры смеются, тот второй говорит что-то о том, что не украдёт мою подружку. Я ему верю, а вот девушке нет. Мы знакомы всего пять минут, а я что, ревную?

Прижимаю к себе Жюли. У её губ карамельный вкус. От неё пахнет солнцем и ещё почему-то морем.

Едем. Дорога вьётся между полей, мимо каких-то ферм с большими деревянными сараями, пасущимися коровами и овцами. Монотонные пейзажи и вписанный в круг символ хиппи на куртке у впереди сидящего вгоняют в транс. Ветер свистит в ушах и задувает под джинсы. Начинается дождь, колени и руки промокают мгновенно. Оборачиваюсь. Жюли дрожит и прячет лицо от ветра, а Леха наоборот раскинул руки и ловит ртом капли.

В воздухе пахнет мокрой землёй, травой и свободой.

Прибываем на место уже на рассвете. Прощаемся с байкерами словно старые-престарые друзья и идём втроём по грязи, мимо спящих тел, туда, откуда слышится музыка. Идти далеко, уставшие после ночной поездки, едва переставляем ноги. Дождь продолжает накрапывать, и серый рассвет зябко встаёт над огромным котлованом, сплошь усеянном людьми. Мы стоим у самого края. На другом краю сцена, где поют какие-то ребята. Я знаю мелодию, но не знаю названия. Леха подпевает, а потом кричит изо всех сил: "Эй, чувак, мы с тобой!" Мужик на сцене поднимает руку и машет нам. Мы стелим Лехин пуховик прямо на землю и садимся. Жюли кладёт голову мне на плечо и, кажется, засыпает. Я тоже закрываю глаза. Утреннюю тишину разрывает гитарное соло.

В этот момент я понимаю, что мне все равно, что там будет дальше. Мы есть здесь и сейчас. Дикие, юные и свободные. У нас целая уйма времени, и когда мир покатится ко всем чертям, мы уже будем старыми и возможно богатыми. Но это будет потом, а сейчас мы преодолели несколько тысяч километров и приехали на "Вудсток".

Похоже, мы сделали свой выбор.

  

  ***

Юля сняла наушники, поправила собранные в высокий хвост волосы и поёжилась. Хотя на ней были джинсы и тёплый свитер, ночь в штате Нью-Йорк все же выдалась ощутимо прохладной. Поднявшись с кресла, она посмотрела сквозь затемнённое стекло на два спящих силуэта и сказала вслух:

- Наконец кто-то выбрал современное время. Как же надоело спасать их всех от драконов и нацистов...

- Ты бы не увлекалась этим... Антоном, - высокий старик в брюках и вязаном пуловере вошёл в комнату и остановился у входа, скрестив на груди руки.

- У меня все под контролем, Егор Петрович, - улыбнулась Юля.

Испытания программы моделирования виртуальной реальности "Погружение 2.1.5" проходили успешно...

В преддверии нового две тысячи шестнадцатого года Антон Соколов и Алексей Красин готовились к выпуску юбилейной десятой версии собственной операционной системы, которую они решили назвать "Вудсток".

  

  

*"Вудсток" - знаменитый рок-фестиваль, проходивший в августе 1969 в штате Нью-Йорк.

13:52
RSS
Интересно, и концовка стала для меня неожиданностью.
15:49
Спасибо за отзыв)
Не совсем понял, «Миленькое личико сердечком» — это как?)

15:50
Такая форма лица — сердечком, у Риз Уизерспун, например, или Кристины Риччи.
Хорошее объяснение, теперь понятно)
18:03
А что? Интересно, и не скучно читать. Жаль рассказ короткий. А то легко бы он растолстел до объёма повести.
09:15
В перспективе так и планируется)
Симпатично. В голову приходит картинка: Полдень. XXII век. Домашнее задание для старших классов — осуществить путешествие во времени. По итогам — сочинение. Не более 12 тысяч знаков с пробелами… )
22:29
Все правильно, главному герою ведь всего 18)
13:28
Язык «живой», написано симпатично.
Эвелина, будет время и желание, свяжитесь со мной в личке. Обсудим, обмозгуем.