Рубрикатор заявок на публикацию в журналы

Юлия Пучкова
Автор публикации:

Беж и Лида (Искорка)

Первое письмо Беж.

Привет, Лида!

Очень печально, что я не могу тебе всё это просто рассказать. Приходится писать! А это тяжёлый неутолимый труд – ни жажду утолить, ни голод никак невозможно. Держишь в зубах Шариковую ручку, а хочется держать куриную ножку. Следующим летом обязательно выясню у Шарика, какое такое отношение он имеет к этой самой ручке, раз её в его честь назвали. И если есть у них какие-то отношения, он об этом очень пожалеет.

Кстати, о собаках. Я их теперь совсем не боюсь. Хотя, по правде сказать, в пансионе их нет, а вот кошек здесь, как собак нерезаных, и ни одной похожей на тебя. Я имею в виду не внешне, а по характеру. Взять хотя бы мою соседку Чернолапку, старше меня всего на год, а на уме одни коты.

Лида, я по тебе ужасно скучаю. Я даже от горя есть стала хуже. Вот к примеру — сейчас на моём столе сидит муха, нахально так сидит, как будто я не кошка-мухоед, а маленькая пушистая коровка с ручкой в зубах. Сидит она и, видимо, от удовольствия ручки потирает. А я её даже не замечаю! То есть замечаю, конечно, но не как еду, а как объект для наблюдения. Ой, я ошиблась. Это она не ручки, это она ножки потирает. Интересно, зачем это мухи время от времени ножки потирают? Болят они у них, что ли, или мёрзнут? А может, замышляют недоброе? Не зря же мне всё время хочется их съесть.

Вот и моя муха, видно, мои мысли прочитала, потому как взлетела и села на потолок. А это меня в них ещё больше раздражает! Как только чуют опасность, сразу лапки вверх и на потолок, то есть, вроде как, в плен сдаются, а достать их хитрюг нету никакой возможности. И завидно до урчания в желудке. Почему эти крошечные безмозглые создания могут стоять на потолке, а мы, большие и мудрые, – нет? Несправедливо! И вообще, по-моему, в жизни мало справедливости. Как ты думаешь?

Лида, напиши, как вы добрались до дома, как у вас дела. Пиши чаще! Жду ответа, как коровка лета!

Твоя Беж.

Первое письмо Лиды.

Дорогая Беж!

Спасибо тебе за доброе письмо! Не скучай! Не успеешь и хвостом махнуть, как наступят зимние каникулы, и вы приедете к нам в гости.

Домой мы с мамой добрались без всяких приключений. Разве что, на одной из остановок в автобус вместе с хозяином вошла собака. Она бы нас и не заметила – ведь мы сидели сзади, но нос её подвёл и повёл прямо на наш запах. И вот мы слышим, как она приближается к нам по проходу, препротивно рыча.

Мама испугалась и предложила выскочить из автобуса, благо двери ещё были открыты. Но я успокоила её и заговорила с собакой – ведь мы-то с тобой хорошо знаем, что с порядочной собакой всегда можно интеллигентно поговорить. Вот я и говорю:

-Здравствуйте! Это Вы нас учуяли. Мы, как и Вы, едем домой и на Вас, заметьте, голос не повышаем.

Собака поперхнулась, уставилась на меня какими-то новыми глазами и молчит. А я, пользуясь её замешательством, продолжаю:

-Меня зовут Лида, а это моя мама Вида. Мы едем из загорода. Там у нас остались верные друзья: кошки Оранж и Беж и собаки Шарик и Дружок.

-Эх, люди, люди! – вдруг воскликнула собака, — Даром, что голова большая! И в этой большой голове только один Шарик! Обидно до воя!

-А-а-а, — понимающе протянула я, — Вам с хозяином не повезло, — и я с сочувствием посмотрела на высокого худого мужчину, державшего собаку на поводке, — А с виду вроде нормальный.

-Да мне с именем не повезло! – раздосадовано воскликнула собака. – Ведь в какой автобус ни войди, в какой двор ни приди везде одни Шарики! Хоть имя меняй!

-Так Вы тоже Шарик! – наконец поняла я.

-Шарик, Шарик, — с какой-то безысходной тоской пробурчал пёс и, уныло оглядев своё довольно худощавое тело, добавил, — сдувшийся.

-А Вы смените имя, — предложила я.

-Как же я его сменю, когда он, — и собака мотнула головой в сторону своего хозяина, — собачьего языка не знает и в чувствах собачьих не разбирается.

-Уж куда ему с одним шариком, — покачала я головой.

И вдруг меня осенило:

-А Вы не отзывайтесь! Он день напрасно покличет, другой, а там, глядишь, и задумается. Он же всё-таки человек, значит, думать немного умеет. Да и хочешь не хочешь, придётся ему Вам новое имя придумать, раз Вы на старое перестали откликаться.

-А это идея! – удивлённо глядя на меня, воскликнула собака. – Прямо сегодня и приступлю к выполнению этого плана.

-Желаю удачи! – сказала я. В этот момент мы как раз подъехали к дому. Мы попрощались с Шариком Номер Два, а точнее теперь уже с бывшим Шариком, и выскочили из автобуса.

Уже сквозь закрытые двери автобуса я услышала, как пёс пролаял:

-Спасибо! Надеюсь, увидимся! Я здесь неподалёку живу! Теперь всем буду рассказывать, что на свете, оказывается, живут очень умные и милые кошки!

Теперь о главном. Завтра я иду в школу! Я очень волнуюсь! Как пройдёт мой первый день?!

А насчёт справедливости я с тобой не могу согласиться. Каждому – своё. Неужели ты бы хотела всю жизнь просидеть на потолке, спускаясь оттуда лишь для того, чтобы урвать кусочек чужой еды.

Твоя Лида.

P.S. Напиши побольше о своей жизни в школе-пансионе.

Первый день в школе или вопрос на засыпку.

Рано утром Лида с мамой завернули испечённые накануне пирожки с курицей в вощёную бумагу и отправились в школу. Возле школы всех юных котят поджидала их первая учительница. Лида тут же поинтересовалась, как её зовут. Оказалось, Мурлыка Пушоковна. Никогда прежде Лида не встречала кошек со столь замысловатыми именами.

Мурлыка Пушоковна собрала весь класс, а потом повела внутрь здания. Лида с замиранием сердца вошла туда, куда весь последний год так стремилась её душа.

Внутри школа оказалась ещё интереснее, чем снаружи. Прямо при входе висели плакаты: «Берегите мышей!», «Остерегайтесь собак!», «Употребление в пищу сухого корма следует ограничивать!»

Прочитав второй плакат, Лида вспомнила о двух Шариках и Дружке и подумала, что было бы здорово как-нибудь пригласить их в школу, чтобы кошки поняли, что не всех собак следует остерегаться. С некоторыми можно даже дружить.

Вслед за учительницей весь класс поднялся на второй этаж. Тут находился их кабинет. Кабинет очень удивил Лиду. Он был весь обит мягкими, ворсистыми коврами, не исключая и потолок. «Интересно зачем? — подумала Лида удивлённо. – Неужели на случай, если кто-то будет биться головой о стену в поисках решения задачи.

Их усадили за парты, и начался первый в жизни Лиды урок. Мурлыка Пушоковна попросила каждого рассказать немного о себе и о том, как они провели лето. А потом учительница напомнила им сказку про Репку. Сначала Лида этому удивилась – ведь это была сказка для малышей, а не для учеников первого класса школы. Но, закончив повествование, Мурлыка Пушоковна задала совершенно неожиданный вопрос:

-А кто главный герой в этой сказке?

Котята начали тянуть лапки и, оказалось, что мнения у всех самые разные. Полосатый котёнок с длинными усами сказал, что главный герой, конечно же, кошка. Мурлыка Пушоковна хитро улыбнулась и поинтересовалась, почему он так думает.

-А что, неправильно? – удивился Усатик-Полосатик (так его прозвала Лида).

-Не знаю, — опять улыбнулась учительница. – Если ты объяснишь нам, почему, то, возможно, мы с тобою согласимся.

Полосатик не нашёл, что сказать, и удручённо сел на место. Но тут ему на помощь пришла рыжая пушистая кошечка, отдалённо напоминавшая Беж.

-Но не может же быть главным героем мышка-еда или собака-кошкоед, — запальчиво выкрикнула она.

-Погоди-погоди, — возразила учительница. — То, что мышка – лакомое блюдо многих кошек, скорее её беда, чем вина. А в остальном, она такое же живое существо, как и все мы. Кстати, не все кошки едят мышей. Многие предпочитают рыбу. Что касается собак, то они не едят кошек. Они лишь гоняются за нами и норовят укусить. Так что, пожалуй, для мышей мы существа пострашнее, чем собаки для нас. Почти Беж изумлённо села на место.

«Почему они все считают, что главный герой – кошка?» – недоумевала Лида. Она уже начала робко тянуть лапу, но тут заговорил пятнистый чёрно-белый котёнок, лобик его украшало пятнышко в виде круглой рыбки с хвостиком.

-Я знаю, кто главный герой! – зазвенел уверенный голосок. – Это – тётя Репа!

Весь класс покатился со смеху. Даже Мурлыка Пушоковна не удержалась и тихо засмеялась.

-Что вы все смеётесь?! Я даже могу объяснить, почему! – обиделся Рыбье Пятнышко. – Если бы дед не посадил репу, и она бы не выросла большая-пребольшая, то ни деду, ни бабке, не говоря уже об остальных участниках битвы за урожай, просто нечего было бы тянуть-потягивать, и сказки бы вообще не было!

-А это интересная мысль! – вдруг радостно сказала Мурлыка Пушоковна. – Признаюсь честно, она никогда не приходила мне в голову, — и, обратившись ко всему классу, она спросила:

-Ещё есть какие-нибудь идеи?

Лида, наконец, решилась и подняла лапу очень высоко.

-Мы слушаем тебя, — кивнула ей головой учительница.

-В этой сказке, как мне кажется, нет главного героя, здесь все равны. Ведь только все вместе они смогли вытянуть репку. А не нашлось бы кого-то, репка так и осталась бы в земле.

-Вот и я так думаю, — одобрительно кивнула учительница. – Эта сказка о дружбе и взаимопомощи, о том, что вместе можно сделать многое такое, что одному не под силу. Спасибо тебе, — сказала она Лиде.

Даже теперь, когда она вспоминала, как учительница поблагодарила её, и как весь класс повернулся, чтобы на неё посмотреть, Лиду переполняла гордость.

Беж в пансионе.

Прижав только что полученное письмо к своей пушистой грудке цвета абрикоса, Беж тихо заурчала. Лида написала ей, а значит, не забыла! Выходит, она, Беж, всё-таки что-то для неё значит.

Вдруг дверь распахнулась, и из коридора влетела Чернолапка, та самая соседка Беж по комнате.

-Что это с тобой? – подозрительно проверещала она, глядя, как Беж лежит на кровати с мечтательным видом и поглаживает лист бумаги, прижатый к груди.

Не дождавшись ответа, Чернолапка подскочила к Беж и с криком «Это тебе Рыжий Хвост письмо написал?!» хотела было вырвать лист бумаги из лап своей невозмутимой соседки, да не тут-то было.

Беж вскочила на кровати и, подмяв письмо под себя, спокойно улеглась сверху.

-Ага, прячешь! Значит я угадала! Вот плут! Ещё вчера осыпал меня комплиментами, а сегодня тебе… — и Чернолапка смерила Беж уничтожающим взглядом с ног до головы, -письмо прислал? Просто в голове не укладывается!

-И не уложится, слишком мало места! – парировала Беж. Но в этот момент Чернолапка налетела на неё, пытаясь выцарапать письмо из-под её живота.

-Зря стараешься, всё равно ничего не получится, — протянула Беж. – Мы в разных весовых категориях.

-Чего-чего? – не поняла Чернолапка.

-Ты сидишь на диете, и она тебе за это мстит, — пояснила Беж, а поскольку на мордочке её соседки отражалось лишь полное недоумение, она выразилась более доходчиво:

-Я говорю, что ты меня не сдвинешь — кишка тонка!

-Это я-то кишка! – взвизгнула в негодовании Чернолапка. – Ну гляди!

Не медля ни секунды она отошла к противоположенной стене и, оттолкнувшись от неё задними ногами, рванула на Беж, подняв клубы кошачьих шерстинок с лежавшего на полу ковра. Беж подставила под удар свою самую широкую и мягкую часть тела.

Ударившись об это головой, Чернолапка упала на пол рядом с кроватью. Беж же продолжала безмятежно сидеть на прежнем месте, пряча и одновременно согревая письмо от своей дорогой подруги.

Но Чернолапка не унималась. Она разогналась снова и повторила свой манёвр точь-в-точь как в первый раз.

-Других идей нет? – недовольно буркнула Беж.

Вместо ответа Чернолапка встала возле её кровати и начала подпрыгивать на месте, да так быстро и лихо, как будто приземлялась не на пол, а на раскалённую сковородку.

-Сбилась с пути что ли? – прокомментировала странное поведение своей соседки Беж.

Тем временем, размяв таким образом лапы, Чернолапка вдруг оттолкнулась с невероятной силой и, высоко взлетев, приземлилась прямо на спину Беж.

Беж, до сих пор взиравшая на происходящее с большим пренебрежением, этакой наглости стерпеть не захотела.

-Дорогая Чернолапка, — сказала она с угрозой в голосе, — я оценила твою быстроногость, прыгучесть и головобойность, а теперь и взвесила тебя. Всё, диспансеризация окончена!

С этими словами Беж напрягла все мышцы своей спины так, что та стала твёрдая, как камень. Затем она неожиданно резко села на задние лапы, придав Чернолапке ускорение в сторону противоположенной стены.

От неожиданности та отлетела назад и, больно ударившись об пол, громко замяукала.

-А в музыкальную школу тебя не примут – слуха совсем нет, – вынесла окончательный приговор Беж. – А я, чем кошачий концерт слушать, лучше в библиотеку пойду, книжку почитаю.

Как это вырвалось у неё изо рта, Беж и сама не поняла. Но сказано – сделано и, прихватив с собой письмо Лиды, чтобы его ещё раз перечитать в спокойной обстановке, она отправилась в библиотеку.

* * *

В библиотеке было необыкновенно тихо. К слову сказать, Беж очутилась здесь впервые за два года учёбы в школе-пансионе. Любовь к чтению никогда не мучила её. И теперь, стоя в нерешительности в дверном проёме, она пыталась понять, зачем сюда пришла. Ведь письмо можно было перечитать и в комнате отдыха, и на стуле в коридоре, и, в конце концов, на улице на скамеечке в пришкольном парке.

Беж уже было собралась тихонько улизнуть, когда вдруг услышала голос библиотекаря Умки Дымковича.

-Что же ты, Беж, иди скорее сюда. Сейчас подберём тебе что-нибудь поинтереснее.

Беж нехотя поплелась к столу. Умка Дымкович взглянул на неё поверх очков своими проницательными добрыми глазами и, подмигнув, сказал:

-Могу тебе предложить весёлые сказки или приключения.

-А о дружбе что-нибудь есть? – неожиданно для себя выпалила Беж.

-О дружбе? – почему-то обрадовался библиотекарь. — Так они все о дружбе и взаимопомощи – и сказки, и приключения. Хотя… — он призадумался, а потом, прищёлкнув языком, сказал:

-Я, кажется, знаю, что тебе подойдёт. С этими словами он исчез где-то между бесконечными рядами стеллажей, а когда вернулся, в руках у него была довольно толстая книга под названием «Волшебник Изумрудного города». Умка Дымкович торжественно протянул её Беж:

-У тебя целый месяц, чтобы прочитать эту книгу, – объяснил он. – Потом ты должна будешь её вернуть.

-А если я не успею её прочитать? – с сомнением вертя в лапах толстенную, как ей казалось, книгу, спросила Беж.

-Тогда я продлю тебе срок ещё на месяц, — успокоил её библиотекарь.

-То есть, — Беж заметно помрачнела, — мне теперь от неё не отделаться? Вы будете каждый раз продлевать мне срок, пока я её не прочту?!

В глазах Беж стоял испуг.

-Лишь при условии, что она тебе понравится, — улыбнулся Умка Дымкович. – В противном случае ты в любой момент сможешь обменять её на какую-нибудь другую. – Но, заметив выражение отчаяния в глазах стоявшей перед ним кошечки, он тут же добавил, — или просто сдать.

-А-а-а… — облегчённо протянула Беж и, в тайне ругая себя за то, что пришла сюда, она поспешила удалиться из библиотеки.

Идти было очень неудобно, ведь до сих пор Беж несла в зубах письмо, которое, подойдя к столу библиотекаря, она засунула под мышку. Недолго думая, она открыла книгу на первой попавшейся странице и уже хотела сунуть туда письмо, как вдруг взгляд её выхватил из текста несколько предложений:

-А я хочу попросить у него немножечко мозгов для моей соломенной головы, — сказал Страшила.

-А я иду просто потому, что люблю Элли, и потому, что мой долг — защищать её от врагов! – сказал Тотошка.

Беж побежала глазами дальше, и её внимание привлёк следующий диалог:

-Раньше у меня были мозги, — пояснил Железный Дровосек. – Но теперь, когда приходится выбирать между мозгами и сердцем, я предпочитаю сердце.

-А почему? – спросил Страшила.

-Послушайте мою историю, и тогда вы всё поймёте.

Тут уж Беж не смогла себя пересилить и начала читать.

Она не знала, сколько просидела так за книгой у дверей библиотеки, но чтение было неожиданно прервано маленьким котёнком, который, выходя, нечаянно больно стукнул Беж дверью.

-Ой, извини, — расстроился он. – А что ты не пойдёшь в читальный зал – там гораздо удобнее? — теперь уже удивился котёнок.

-Да откуда же я знала, что прочитаю больше одной страницы? – честно ответила Беж.

-Слушай, — обратилась она к котёнку, — а если бы у тебя был выбор, либо иметь мозги, либо сердце, ты бы что предпочёл?

-Непростой вопрос, — озадаченно шевельнув усами, задумался котёнок.

-Ещё какой непростой! – обрадовалась Беж, что не одна она не может найти ответ. – Был бы простой, разве б я стала кого спрашивать?

-А я бы всё-таки выбрал сердце, — вдруг сказал котёнок. – Ведь злое существо с мозгами гораздо страшнее доброго глупца, хотя последний тоже может натворить много бед. Но они ни в какое сравнение не идут с тем, что в состоянии сделать умное зло.

-Значит Дровосек прав, — задумчиво сказала Беж и, не говоря больше ни слова, она заложила книгу письмом Лиды и отправилась в свою комнату в надежде, что Чернолапка куда-нибудь ушла, и она сможет спокойно почитать.

Открыв дверь и увидев свою соседку, развалившуюся на кровати и вылизывающую свои худые, чёрные лапки, Беж не смогла скрыть досады.

-Я могу войти, не опасаясь очередной атаки? – уныло спросила она.

-Беж и книжка! – хихикнула та. – Что-то одно здесь лишнее.

-И это что-то одно напрасно пытается отмыть свои лапы, — парировала Беж. – А впрочем, — Беж вдруг заметно повеселела:

-Чернолапка, ответь мне, пожалуйста на такой вопрос. Если бы у тебя не было ни сердца, ни мозгов, а тебе бы предложили на выбор только одно из двух, что бы ты выбрала?

Чернолапка недоумённо уставилась на Беж.

-Это задачка по математике или природоведению? – наморщила она лобик.

-Это задачка на смекалку, — усмехнулась Беж.

-Как же можно решить задачку на смекалку, не имея мозгов? – справедливо заметила Чернолапка.

-Ты права, сама удивляюсь, нашла у кого спросить, – буркнула Беж.

-Ты на что намекаешь? – взвилась Чернолапка.

-Чего мне намекать, когда ты об этом прямо говоришь? – пожала плечами Беж и пошла к своей кровати.

-Ладно, соседка, ты извини, но мне больше некогда беседовать – я хочу почитать.

-Беж хочет почитать! – заверещала Чернолапка, всплеснув лапами. – Вот умора! Пойду расскажу девочкам. Вот новость так новость!

И она выскользнула за дверь, едко хихикая.

-Наконец-то, — обрадовалась Беж, и, прежде чем углубиться в чтение, она подумала, что обязательно задаст этот вопрос Лиде в следующем письме. Интересно, что она ответит.

Второе письмо Беж

Дорогая Лида,

Я читаю! Представляешь?! Уже два дня, и не могу остановиться. И книжка такая толстая, что до середины я ещё нескоро дочитаю. А так хочется заглянуть в конец и узнать, чем всё закончится. Но я себя сдерживаю. Как только правая лапа потянется к последним страницам, я её хлоп, и левой накрою, или наоборот. И кто только выдумал, что дурная голова ногам покоя не даёт? Это читающая голова постоянно беспокоит свои ноги, то есть лапы.

Мне теперь и на уроках интереснее стало. Вот тут недавно Васька Тишкович нам сообщил, что люди произошли от обезьян. А нам повезло – мы как кошками были, так ими и остались. Не хотела бы я лечь спать, а наутро проснуться и обнаружить, что шерсть с меня вся опала, и только небольшой пучок на голове остался. Хочешь-не хочешь, а об одежде сразу подумаешь, а этот последний пучок на голове будешь холить и лелеять.

Вот почему люди с утра до вечера бегают по магазинам и торчат в парикмахерских. Мне их даже жалко. Очень уж зло над ними природа подшутила.

С другой стороны, чтобы шить одежду, нужны умелые руки. А если б не умелые руки, разве б они книжки смогли писать. А не было бы книжек, разве б меня замучил один вопрос, да так, что я задаю его всем своим знакомым? Сегодня на уроке природоведения я задала этот вопрос моему учителю, Ваське Тишковичу. Я ему так вежливо говорю:

-Извините, пожалуйста, Васька Тишкович, не могли бы Вы ответить на один очень важный для меня вопрос, только честно.

А он посмотрел на меня так, как будто впервые увидел, и говорит:

-Учитель всегда должен быть предельно честен!

Лида, скажи, а можно быть беспредельно честным, и чем эти две честности друг от друга отличаются? Что-то я отвлеклась. В общем, я его спрашиваю:

-Представьте себе, что у Вас нет ни мозгов, ни сердца, а Вам предлагают лишь что-то одно на выбор, Вы бы что предпочли?

А Васька Тишкович как-то так глаза сузил, как будто ему яркий свет в лицо попал, и говорит таким необычным голосом:

-Зайди ко мне после дневных уроков, и я отвечу на твой вопрос.

Так что скоро я узнаю мнение профессионала. Но, несмотря на это, мне бы очень хотелось знать и твоё мнение. Пожалуйста, напиши мне, что бы выбрала ты. И вообще, пиши чаще и больше.

Твоя любящая тебя подруга,

Беж.

Не стоит давать советы незнакомцам

Взяв письмо в зубы, Лида отправилась с ним к маме. Прочитав послание, Вида удручённо покачала головой и сказала:

-Боюсь, у нашей Беж неприятности.

-Почему? – удивилась Лида, но тут же запнулась и тихо спросила:

-Это из-за очень важного для неё вопроса?

-Умная девочка, — улыбнулась мама.

-Но мам, вопрос, конечно, звучит не очень вежливо, но, с другой стороны, она ведь вычитала его в книге. Похоже, он так задел её за живое, что она задаёт его всем, чьё мнение ценит, — озабоченно сказала Лида.

-Так-то оно так, — согласилась Вида, — да только не все взрослые любят детские вопросы. Сдаётся мне, её учитель как раз из таких. А ты-то что собираешься ответить на мучающий её вопрос?

-Пока не знаю – у меня не было времени подумать. Вот сейчас пойду в магазин за молоком, по дороге и подумаю, — заверила Лида маму.

-Да-да, молоко! Молодец, что вспомнила. Беги-ка скорее, пока не стемнело, — заторопила дочку Вида.

Лида надела свой заплечный мешок и отправилась на улицу.

Купив молоко и ломая себе голову над вопросом Беж, она, не торопясь, шла домой, как вдруг услышала лай. Лида уже собиралась шмыгнуть в ближайший подъезд и переждать там нашествие собак, когда из-за поворота показался Шарик Номер Два. Обрадовавшись старому знакомому и осмелев, кошечка крикнула:

-Привет! Откуда ты здесь взялся?

-Так я же здесь живу неподалёку, — пролаял пёс. – Мы тогда с хозяином на выставку ездили, потом в собачий магазин, а живём мы в том доме, — и Шарик махнул лапой в сторону соседнего с Лидой дома.

-А где же твой хозяин? – удивилась Лида.

-Дома, конечно. Отдыхает, — с любовью сказал пёс. – Он меня по вечерам одного выпускает погулять. Он ведь меня ещё щенком на улице подобрал, и с тех пор каждый вечер отпускает на родину.

-А-а-а, — протянула Лида, чувствуя, что есть что-то очень важное, о чём она хотела спросить Шарика и, наконец, вспомнив, просияла.

-Так тебе удалось имя сменить? – поинтересовалась она.

-Ещё как удалось! – гордо заявил бывший Шарик. – Спасибо тебе ещё раз за идею. Уже к вечеру следующего дня хозяин мне новое имя дал, да такое редкое, что его ни у одной собаки во всей округе нет.

-И как же тебя теперь зовут? – сгорая от любопытства, взвизгнула Лида.

-Я теперь Балбес! – гордо вскинув голову, ответствовал пёс.

-Бал-бес??? – с трудом скрывая недоумение, переспросила Лида. – Почему же Балбес?

-Всё очень просто, — не замечая реакции Лиды, приступил к объяснению бывший Шарик. – Я целых полтора дня не откликался на своё прежнее имя: не шёл есть, не шёл гулять. Представляешь, чего мне это стоило? – и он опять гордо выпятил грудь. – И вот, к вечеру следующего дня до моего хозяина, наконец-то, дошло, что я не хочу больше быть Шариком. Он так грустно-грустно вздохнул и говорит:

-Ну что же ты творишь, уже почти два дня не ешь! Иди же скорее сюда, балбес, поешь хоть немножечко.

А я, как услышал своё новое имя, да ещё такое благородное, сразу к миске примчался. А хозяин так озадаченно на меня посмотрел, и тут у него глаза просияли, и он всё понял. Умный он у меня, даже удивляюсь иногда. Всё понимает: когда есть хочу, когда гулять, а когда поиграть!

Лида опустила глаза в землю – ей было страшно неудобно. Ведь это она посоветовала Шарику сменить имя. Но кто же знал, чем это кончится?

-А почему ты решил, что… — Лида замялась, — что Балбес – благородное имя?

-Так ясное же дело. Есть благородная собака – пекинес, благородная машина – Мерседес, благородная зарядка – фитнес.И моё имя им всем под стать. Звучит-то как, — и пёс высоко задралморду и звонко пролаял. – Бал-бес!

-Ой, не надо так громко, — покраснев всей кожей под мехом, заволновалась Лида. – Ты, может быть, обидишься, но, поскольку это всё из-за меня вышло, я обязана тебе сказать… — и Лида подняла на пса виноватые глаза, но его уже и след простыл, а откуда-то из-за дома до неёдонеслось еле слышное:

-Извини, надо друзей повидать! Не забывай Балбеса!

Настроение Лиды было основательно испорчено, и всю дорогу домой она бранила себя за то, что вот так, без спросу, влезла в чужую нормальную жизнь, взбаламутила собаку, имевшую заурядное, но вполне приличное имя Шарик, и дала ему совет, ни секунды не сомневаясь в том, что он хороший, а что вышло?

Второе письмо Лиды

Дорогая Беж,

Мне стыдно в этом признаваться, но я впервые в жизни поняла, что не стоит давать необдуманные советы, особенно, если тебя об этом и не просили.

Помнишь, я тебе рассказывала о Шарике Номер Два? Так вот, он таки сумел заставить хозяина сменить ему имя, и теперь зовётся Балбесом. Самое ужасное, что я так и не успела ему объяснить, что означает его новое имя, и он так и ушёл от меня Балбесом.

Это о грустном. А теперь о хорошем. Учиться мне нравится всё больше и больше. Уроки не похожи один на другой. Особенно я люблю уроки по окружающему миру. В прошлый раз Мурлыка Пушоковна рассказывала нам о крокодилах. Оказывается, вылупится из яйца мальчик или девочка, зависит от температуры окружающей среды. При более высокой температуре вылупляются мальчики, а при более низкой – девочки.

Вдруг Рыбье Пятнышко как закричит:

-Я так и знал, так и знал!

-О чём это ты? – удивилась учительница.

-Теперь мне всё ясно. Девчонки – хладнокровные, а мальчики – теплокровные, — с досадой заключил котёнок и украдкой покосился на Бабочку, самую хорошенькую кошечку в нашем классе.

-Ах, вон оно что, — понимающе улыбнулась Мурлыка Пушоковна. – Я с тобой всё-таки не соглашусь, и, к тому же, если очень постараться, можно растопить даже самое холодное сердце.

-Вы уверены? – с надеждой спросил Рыбье Пятнышко, уже откровенно глядя на Бабочку.

-Я не просто уверена, я это точно знаю, — ответила учительница.

-Даже сердце крокодила? – вдруг выкрикнул с места Полосатик. Весь класс покатился со смеху, а Бабочка смерила его свирепым взглядом.

-Насчёт крокодилов ничего не могу сказать, — поспешила ответить Мурлыка Пушоковна. – К счастью, я с ними близко не знакома и в ближайшем будущем не планирую.

Так что, как видишь, на уроках у нас не только интересно, но и весело.

Беж, напиши, пожалуйста, как прошла твоя встреча с Васькой Тишковичем? Мы с мамой очень волнуемся за тебя.

Да, твой важный вопрос я переадресовала маме, и она сказала, что глупец никогда не станет выбирать мозги, потому что вовек не признается даже самому себе, что он глуп, а потому выберет сердце.

И последнее, Беж, я надеюсь, ты не рассердишься, если я скажу тебе, что у меня в классе появилась подруга. Конечно, она мне не такая близкая подруга, как ты, но она очень славная. Зовут её Пушинка. Она маленькая, беленькая кошечка с ясными голубыми глазками. Я ей очень много о тебе рассказываю, и она просила познакомить её с тобой, когда вы с тётей Оранж приедете к нам на каникулы.

Ну вот и всё. Удачи тебе!

Твоя Лида

Трудный разговор и благодарственная речь

Когда Беж читала это письмо, её встреча с Васькой Тишковичем была уже позади. Она до сих пор недоумевала, зачем он её вызвал, если так и не ответил на волновавший её вопрос. Беж даже начала сомневаться в его мудрости. А дело было так:

После дневных уроков Беж отправилась в кабинет к Ваське Тишковичу. Он сидел над тетрадями и, услышав, как кто-то вошёл, поднял вихрастую голову.

-Очень хорошо, что ты пришла, — сказал он.

-Как же я могла не прийти, когда Вы обещали ответить на самый важный для меня вопрос! – обиженно мяукнула Беж.

-Кто посоветовал тебе задать мне этот вопрос? – прищурившись, спросил учитель.

-Сердце, — не моргнув глазом, ответила Беж, — или мозги, — менее уверенно добавила она.

-А я убеждён, что сама бы ты до такого не додумалась! – выкрикнул Васька Тишкович и слегка вздыбил шерсть на загривке.

-Ну не совсем сама, — начала было соглашаться Беж.

-Ага! – Васька Тишкович поднял вверх указательный палец правой лапы, — то-то же! И кто же тебя надоумил?

Тут неожиданно для себя Беж вдруг оскорбилась и сказала:

-Не такая уж я глупая в самом деле, могла и сама додуматься. Задать вопрос несложно, сложно на него ответить, — и она задумчиво взглянула на учителя и вдруг заулыбалась.

-Да Вы уж не мучайтесь в поисках ответа. У Вас и других забот полон рот, — успокоила она Ваську Тишковича. – Я уже задала этот же вопрос в письме своей ближайшей подруге – она тоже очень умная. Так что я могу подождать её ответа.

-Ну уж это слишком! – почему-то рассердился учитель. – Ты сравниваешь меня со своей подругой?!

-Что Вы, я не сравниваю! Разве Вас сравнишь? Вы вон какой усатый, вихрастый и упитанный, а она маленькая, тоненькая – хрупкая, одним словом.

У Васьки Тишковича почему-то глаза полезли на лоб, а зрачки в них так сузились, что почти исчезли. Спина у него дугой выгнулась, а шерсть, которая не была спрятана под одеждой, дыбом встала.

-А сейчас Вы очень похожи на моего друга Шарика, когда он спросонья потягивается. Только он покрупнее Вас будет, и хвост трубой держать не умеет.

При словах «хвост трубой» Беж вдруг осеклась, нервно улыбнулась учителю и, махнув хвостом на прощание, поскорее удалилась из класса.

Хоть она и не была прилежной ученицей, но то, что «хвост трубой» у кошек означает объявление войны, знала ещё с первого класса. «И чего он так разозлился? – недоумевала Беж. – Наверняка от того, что на мой вопрос не смог ответить».

А сейчас Беж уютно расположилась в кресле, благо Чернолапки в комнате не было, и читала письмо от Лиды, посасывая молочный коктейль и заедая его свежей клубникой, которую мама накануне прислала ей из дому.

Начав последний абзац, она нахмурилась, и это выражение уже не сходило с её мордочки до конца письма.

Тут, в довершении ко всему появилась Чернолапка. Ещё издали учуяв её флюиды, Беж поспешно перепрыгнула на свою кровать, спрятала письмо под подушку и, взгромоздившись на неё сверху, сделала вид, что крепко спит.

Чернолапка тихо открыла дверь и заглянула внутрь. Увидев безмятежно спящую Беж, она бесшумно вошла в комнату и вплотную приблизилась к кровати соседки. Из-под подушки Беж предательски торчал краешек письма. Надо было его как-то выудить оттуда.

Чернолапка попробовала медленно вытянуть письмо, вцепившись в краешек зубами. Но как только письмо начало нехотя выплывать из-под подушки, Беж вдруг яростно захрапела. От неожиданности Чернолапка клацнула зубами и больно прикусила язык. Она чуть не замяукала от боли, но вовремя сдержалась и продолжила начатое дело под аккомпанемент Беж.

Сейчас письмо почему-то подавалось медленнее, как будто Беж вдруг отяжелела и придавила его к кровати сильнее. «Ясное дело, — тут же нашла этому объяснение Чернолапка. – Беж с храпом весит больше, чем Беж без храпа.

Хоть и мучительно медленно, но письмо всё-таки подвигалось. Вдруг комнату огласило громовое «Ап-чхи». Чернолапка высоко подпрыгнула на месте, и бумага надорвалась.

Теперь тянуть дальше было нельзя. Оставалось одно – попытаться прочитать текст, который оказался в поле её зрения. Этому мешало лишь то обстоятельство, что письмо было вверх ногами.

Чернолапка попробовала повернуть голову на сто восемьдесят градусов, но мешала шея. Тогда она попыталась зайти с головы и заглянуть в письмо сверху, сильно вытянув шею. Но тут Беж вдруг заворочала головой на подушке и с чувством произнесла:

-Мой милый рыжий хвостик! – Потом она что-то пробормотала и замолчала.

Чернолапка вышла из-за кровати и, встав возле свешивавшегося до пола хвоста Беж, пристально на неё посмотрела. Но та спала, тихо и ровно дыша.

«Это она говорит во сне!» — догадалась Чернолапка.

-Мой славный рыжий хвостик, что бы я без тебя делала! – тем временем снова во сне произнесла Беж.

«Это она о Рыжем Хвосте?» — Чернолапка внутренне напряглась и уселась возле головы Беж в надежде, что та скажет что-нибудь ещё. И не напрасно. Вскоре Беж разразилась целой благодарственной речью.

-Ты целый день отгоняешь от меня назойливых мух. Ты пушистый и шелковистый. Ни у кого такого нет! – и тут Беж нежно заурчала.

«Это точно письмо от Рыжего Хвоста!» — в гневе подумала Чернолапка.

-Я расчёсываю тебя каждый день, — там временем промурлыкала во сне Беж.

Чернолапка чуть не поперхнулась воздухом от такой новости.

-А какая-то нахальная темнолапая кошка прищемила тебя и испортила тебе всю причёску.

Чернолапка наморщила лобик: «О чём это она?»

-Свободу моему хвосту! – вдруг оглушительно заорала Беж и открыла глаза. От неожиданности Чернолапка отпрянула от кровати.

-Так-то лучше, — проворчала Беж, закутываясь в свой пушистый рыжий хвост. – Так это ты придавила мой хвост к кровати и этим разбудила меня? – гневно добавила она, в упор глядя на соседку. – А что ты вообще делаешь возле моей кровати?!

-Просто сижу, — не зная, что ответить, промямлила Чернолапка.

-Ясно, что просто сидишь. Сложно сидят только йоги, — недовольно отрезала Беж.

-Так это ты про свой хвост всё время говорила? – радостно замурлыкала Чернолапка. – Беж, дай, я тебя расцелую! Это ведь не письмо от Рыжего Хвоста? – и она ткнула лапой в сторону краешка, торчавшего из-под подушки.

-А-а-а, э-то, — равнодушно протянула Беж. – Не знаю, ещё не читала. Мне нынче много разных писем приходит. Разве все успеешь прочитать? – Она покосилась на край письма:

-Странно, когда я задремала, оно было целым, — и Беж строго посмотрела на Чернолапку.

-Бумага плохого качества, — неуверенно пробормотала та.

-Или кто-то ещё, — буркнула Беж.

Она села на кровати и начала читать письмо, изредка искоса поглядывая на Чернолапку.

-Нет, это не от Рыжего Хвоста, — успокоила она, наконец, соседку, — это от одной моей знакомой собаки.

Третье письмо Беж

Лида!

Зная, как я тебя люблю, ты бы могла мне не сообщать о том, что завела подружку! Я тут, значит, по тебе скучаю, писем от тебя жду, как летом снега или, как там говорят? Ну в общем, с нетерпением жду. А пишешь ты, прямо скажем, не часто, а криво скажем, так просто редко! А я, между прочим, на каждое твоё редкое письмо сразу же отвечаю!

А тут вчера, сижу себе, удобно расположившись в кресле, читаю, как ты из-за какого-то балбеса переживаешь, а я так считаю: раз нравится ему Балбесом быть, пусть им и остаётся. Имя оригинальное и, по-моему, ему очень подходит.

Так вот, читаю я читаю, на душе хорошо и в душе тоже, и вдруг… на тебе! И имя-то какое! Пушинка! Её бы ещё Пылинкой или Пёрышком назвали! Смехота! А что меня больше всего задело, так это то, с какой отвратительной нежностью ты её описываешь! И славная она, и маленькая, и беленькая. И глаза-то у неё ясные! Ах, извини, у неё же не глаза, а глазки. Тоже, видимо, маленькие-премаленькие, как вся она.

А я, представь, вся большая-пребольшая, почти как та самая репа, которую слабый дед посадил. И заметь, худеть не собираюсь! И цвет мой меня вполне устраивает, по крайней мере, натуральный. А блондинок сейчас развелось, сама знаешь.

И я горжусь, слышишь, горжусь тем, что никто и никогда не посмел бы назвать мои огромные зелёные глазищи ясными глазками.

Одним словом, авернее, двумя словами, я обиделась!

Беж

Сон Беж

В эту ночь Беж долго не могла заснуть. Наконец, ей это удалось после того, как она засунула голову под подушку.

И снилось ей, что они с Лидой снова в деревне, сидят возле бассейна. Ярко светит солнце, и бассейн, как будто, сам горит солнечным светом.

Вдруг, откуда ни возьмись, рядом с ними возникает огромная белая кошка, раза в два больше Беж.

Лида вскакивает с места, бежит к незнакомке и, поворачиваясь к Беж с улыбкой во всю мордочку, говорит елейным голоском:

-Познакомься, Беж, это – Пушинка.

От удивления рот Беж сам по себе открывается и, не в силах скрыть свои чувства, она бормочет вслух:

-Вот это Пушинка! Может, кто-то первую букву в имени перепутал? Вам бы больше подошло Тушинка.

-Беж, как тебе не стыдно, — с укором мяукает Лида. – Зачем ты её обижаешь? Она так давно хотела с тобой познакомиться, а ты!

-А я и не обиделась вовсе, — раздаётся вдруг тонюсенький голосок.

-Это кто сказал? – вскидывается от удивления Беж.

-Это я, Пушинка, — отвечает кошка-великан и сладко улыбается.

Беж оторопело глядит на неё, всё ещё не веря, что из такого огромного тела может исторгаться такой тонюсенький звук.

-А что у Вас с голосом? – простодушно спрашивает она. – Или он у Вас всегда такой… — но, завидев рассерженную мордочку Лиды, Беж осторожно добавляет, — нежный?

-Он у меня нежный, как взбитые сливки, и лёгкий, как дуновение ветерка, — с большой любовью к своему голосу мурлычет кошка. – Я и сама вся воздушная. Это только кажется, что я большая. На самом деле, я — сплошная шерсть, а тельце у меня маленькое и хрупкое.

С этими словами Пушинка подходит к бортику и плюхается в бассейн, обрызгивая Лиду и Беж с головы до хвоста. Ещё через несколько мгновений на бортик выползает длинное тонкое существо, больше напоминающее сосульку, нежели пушинку. Оно распластывается на солнце и начинает вылизывать свою слепленную клочками шерсть.

-Это теперь надолго, — сочувственно вздыхает Беж, которая единственной плохой стороной плавания считает процесс высушивания и приведения в порядок своей шерсти. – И правда, шерсти в Вас больше, чем Вас самой.

-Если бы Вы знали, как я с ней настрадалась. Это такой тяжкий кропотливый труд, когда у тебя шикарный густой мех, — пищит Пушинка, не отрываясь от своего занятия. – Я каждый день встаю спозаранку, чтобы всё успеть до занятий.

-Так может, стоит в парикмахерскую сходить да подстричься? – предлагает Беж.

-Что Вы?! – взвизгивает Пушинка. – Как можно? Такую красоту трогать?

-Тогда мучайтесь, — пожимает плечами Беж.

-Беж, ты опять за своё? – сверкает глазами Лида.

-Извини, но это она хотела со мной познакомиться. А как я знакомлюсь, тебе, как никому другому, должно быть хорошо известно.

Тут Беж видит, как Пушинка поднимается с кафеля, которым выложен борт бассейна, и просовывает голову сначала между передними, а потом и между задними лапами. Выглянув из-под хвоста, довольная тем, что привлекла к себе всеобщее внимание, теперь уже полусосулька-полупушинка сладко улыбается.

-Ведь интересно, как у меня это получается, правда? – не снимая приторную улыбку с мордочки, говорит она.

-Вашему хвосту – точно. Он никак не предполагал увидеть Вас с такой неожиданной стороны, – соглашается Беж.

-Я сама неожиданность! – утопая в любви к самой себе, мурлычет кошка.

-Это точно, — вновь соглашается Беж, — особенно для меня. Я Вас ниоткуда не ожидала, а Вы, как снег на голову, — Беж искоса поглядывает на Лиду, но та лишь умильно улыбается и нежно смотрит на свою согнутую в «мёртвую петлю» подругу. И так Беж обидно стало, так горько и тошно, что направляется она к Лиде и, не дойдя чуть-чуть, говорит:

-Желаю весело провести время в обществе твоей новой подруги. А Вам удачи, — бросила она в сторону Пушинки, — а-то вдруг заклинит, и останетесь неожиданностью навсегда.

Беж раскланивается и, еле сдерживая слёзы, идёт прочь.

От горя Беж проснулась. В комнате была кромешная тьма, такая же кромешная тьма царила сейчас в её душе. «Да что я, в самом деле, — разозлилась вдруг Беж на саму себя, — из-за какой-то неведомой Пушинки буду страдать?! Вот возьму и назло Лиде с Чернолапкой подружусь! Прямо завтра и приступлю!»

И ободрённая новой идеей Беж снова заснула.

Как подружиться с Чернолапкой

Была суббота, а значит, никаких занятий. Потянувшись и отзевавшись, Беж села на кровати. Чернолапка ещё спала, изредка вздрагивая и, как будто, всхлипывая во сне.

«Видно, плохой сон ей снится, — догадалась Беж, — надо разбудить».

Она слезла с кровати, прошествовала к ложу соседки и тихонько потрясла её за плечо.

-Я не списываю! – вдруг закричала Чернолапка. – У меня просто очень острое боковое зрение. Можете легко проверить.

-Чернолапка, Чернолапка, — позвала Беж. – Вставай, новый день наступил!

Чернолапка приоткрыла глаза и подозрительно посмотрела на Беж.

-Эка невидаль, новый день каждый день наступает, — буркнула она.

-Наступает-то он наступает, да лапу никогда не отдавит, потому что добрый, — скаламбурила Беж, а поскольку Чернолапка не поняла шутку, Беж необыкновенно миролюбиво проурчала:

-Добрый день, Чернолапка.

-Добрый, коли не шутишь, — ответила Чернолапка, ожидая какого-нибудь подвоха.

-Да брось ты на меня так подозрительно смотреть, — улыбнулась Беж. – Мы ведь с тобой соседки?

-Соседки, — неуверенно согласилась Чернолапка, пытаясь отгадать, куда та клонит.

-А значит, должны жить в мире, — заключила Беж и дружески похлопала соседку по плечу.

-Может и должны, да что-то не получается, — оставаясь на стороже, ответила Чернолапка.

-А ты не читай моих писем, — дружелюбно предложила Беж.

-Я не могу! – честно призналась Чернолапка. – Уж очень интересное это занятие чужие письма читать.

-Но это же неприлично, а ты вполне приличная кошка, — увещевала соседку Беж.

-Но я ничего не могу с собой поделать, — горько вздохнула Чернолапка. – Как завижу чужое письмо, меня к нему, как магнитом тянет.

-А ты отвернись и беги от него, — посоветовала Беж.

-Куда бежать-то? – заинтересовалась Чернолапка.

-Да куда подальше! – не долго думая ответила Беж.

-Что-о-о?! – вскинулась кошечка. – Я тут перед тобой душу раскрываю, а ты издеваешься?

-Я вовсе не издеваюсь, — возразила Беж, — а пытаюсь тебе помочь. И к тому же, — решила она перевести разговор в другое русло, — Рыжий Хвост мне не пишет.

-Так он и мне не пишет, — безнадёжно разведя лапами, призналась Чернолапка.

-Вот и прекрасно, — успокоила её Беж.

-Что ж в этом хорошего? – опять было начала сердиться Чернолапка.

-Если бы он тебе писал, тебе бы пришлось ему отвечать. Значит, пришлось бы думать, напрягаться, а у тебя это совсем плохо получается. Да и пишешь ты, как курица лапой. А так…

Беж не успела договорить, потому что Чернолапка в гневе зашипела:

-Так ты всё-таки надо мной издеваешься!

-Даже не думала! – удивилась Беж.

-Это и видно, — и Чернолапка выпустила когти.

-Ты чего это? – отшатнулась от неё Беж. – Я к тебе со всей душой, утешаю, как могу, дружбу предлагаю, а ты коготки показываешь?

-Я сейчас ещё и царапки нарисую! – угрожающе вздыбливая шерсть, прошипела Чернолапка.

-Это ты из-за почерка обиделась? – предположила Беж. – Так у меня он ещё хуже. Ты пишешь, как курица лапой, а я, как рыба зонтиком.

А поскольку Чернолапка продолжала грозно надвигаться, Беж, твёрдо решившая, во что бы то ни стало с ней подружиться, залепетала:

-И медведь мне на ухо наступил, есть справка от хирурга, и с полки я в поезде падала, вот здесь синяк был во всё брюхо, и Беж шлёпнула себя по попе, и … — Беж зажмурилась, лихорадочно соображая, что бы ещё такое примирительное придумать:

-И Васька Тишкович меня совсем не любит.

Тут Чернолапка вдруг резко остановилась и втянула когти.

-Это Ваш учитель? – участливо спросила она.

-Да, он ко мне вечно придирается, — всхлипнула Беж, чувствуя, что нащупала слабое место в душе соседки.

-И мой – ко мне, — с досадой сказала та. – Всё время меня обижает, ругается. Вечно он не доволен, что бы я ни сделала.

-Как я тебя понимаю, — вздохнула Беж. – А Васька Тишкович вообще в последнее время на меня взъелся, даже после уроков стал оставлять и отчитывать.

Слово за слово и вскоре соседки очень мирно и душевно болтали.

Нельзя сказать, что они стали после этого близкими подругами, но хорошими соседками стали точно.

Третье и последнее письмо Лиды

Дорогая Беж,

Мне очень жаль, что тебя так рассердило моё письмо. Мне, конечно, следовало скрыть от тебя существование Пушинки, тем более, что она такая ма-а-ленькая Пушинка, я ты такая больша-а-я Беж. Я тебе, вообще, больше ни о ком ничего не буду рассказывать, включая и себя. Не могу же я, в самом деле, общаться сама с собой, ведь так и с ума сойти можно.

До каникул осталась неделя. Встретимся, поговорим.

P.S. Ревность мешает жить всем: и тому, кто ревнует, и тому, кого ревнуют.

Тем не менее,

Твоя Лида.

Встреча

Дверь отворила Вида.

-А вот и мы! – радостно защебетала Оранж.

-Здравствуйте, тётя Вида, — как-то нерешительно поздоровалась Беж. – А Лида нас, что, не встречает? – в её голосе слышалось затаённое опасение. Неужели Лида так обиделась на то, что Беж на неё обиделась?

-Встречает, встречает! – послышался радостный голосок из дальней комнаты, и навстречу кузине и тёте вылетела Лида.

-Привет, тётя Оранж, привет, большая-пребольшая Беж! – сказала Лида, широко улыбаясь.

Беж, которая было решила, что Лида до сих пор не простила её, сразу поняла, что обиды все в прошлом, и можно всё начать с чистого листа. Она широко улыбнулась в ответ, и подруги обнялись.

***

-Ну вот и пол учебного года как не бывало, — говорила Оранж чуть позже в гостиной, когда они все вместе удобно устроились на мягком диване.

-Да, время летит, — вздохнула Вида. – Вот уж и Лида – школьница.

-Ну и? – обратилась к Лиде её тётя. – Нравиться учёба?

-Да, очень! – горячо воскликнула та. – Правда, иногда на дом многовато задают, зато на уроках очень интересно.

-Значит, учительница хорошая, раз нравится, — заключила Оранж.

-Верно, Мурлыка Пушоковна замечательная! – восторженно воскликнула Лида.

-Везёт же кошкам, — вздохнула Беж, лежавшая на диване рядышком с Лидой. – Я бы с удовольствием променяла нашего Ваську Тишковича на вашу Курлыку.

-Не надо коверкать имя моей любимой учительницы, — недовольно сказала Лида, — Она не Курлыка, а Мурлыка.

-Я же не нарочно, — хотела было обидеться Беж, но передумала.

-Извини, пожалуйста, а чем тебе так Васька Тишкович не угодил? – чтобы как-то сгладить собственную резкость, спросила Лида.

-Это я ему чем-то не угодила. Не любит он меня, а за что, не знаю. Вечно придирается. То я не так за партой сижу, то невнимательна. А как-то раз, сказал, что голова у меня плохо варит. А я обиделась и ответила, что у меня же голова, а не кастрюля, чтобы хорошо варить. А он разозлился и едко так прошипел, что лучше б кастрюля была, тогда б пользы от меня больше было. Тут я уж и вовсе из себя вышла и даже дверь закрыла, чтоб обратного ходу не было, и говорю:

-Ваша правда. Сидела б себе дома, кашу варила, тефтельки да вареники и не знала бы, что учитель такой на свете есть, Васька Тишкович. А была б моя голова печкой, целыми бы днями ватрушки пекла и уж не знаю, не знаю, угостила бы я Вас или нет.

-Беж, но так нельзя разговаривать с учителем, — испугалась за подругу Лида. – Это же очень грубо.

-А говорить при всём классе, что у меня голова не варит, вежливо?

-Да уж, — покачала головой Вида. – Мурлыка Пушоковна такого себе никогда не позволяет.

-Так это ещё не всё, — горестно продолжила Беж. – За эту грубость он вызвал меня на следующем уроке, это было природоведение, и говорит так ехидно:

«Скажи-ка нам, Беж, почему кошки лазают по деревьям, а собаки – нет?»

Вот ты бы, что ответила на такой вопрос? – обратилась она к Лиде.

Та надолго задумалась.

-Не знаю, мы этого ещё не проходили, и в книгах я нигде об этом не читала. Наверно, лапы у нас разные, — предположила Лида, — Помнишь у Шарика и Дружка?

-Вот и я тоже стою, Шарика вспоминаю. А он так смутно вспоминается. Рисую-то я плохо, а потому представить его себе в деталях не могу. Вижу только большое, расплывчатое рыжее пятно с пятью отростками.

-С какими такими отростками? – не поняла Лида.

-Понятное дело, с ногами и с хвостом. И всё! И больше ничего! Где уж мне было разглядеть строение его лап. А Васька Тишкович сидит, ухмыляется и с издёвкой так говорит:

-Ну так слушай ответ. Потому что кошки умеют лазать по деревьям, а собаки – нет, — и добавляет. – Садись, два! Это задача на смекалку, а смекалки у тебя, Беж, к сожалению, нет.

Мне так обидно стало, что ответ был такой простой, а я сложный искала.

-Что ж Вы мне задачку на смекалку даёте, если знаете, что у меня её нет, — говорю я. – Ещё и два поставили. Нечестно это.

А он сидит и только в свои длиннющие усы посмеивается.

-Так он поставил тебе двойку или нет? – запереживала за племянницу Вида.

-Поставил-поставил, — почему-то успокоила её Оранж. – Он слов на ветер не бросает.

-И хорошо, что не бросает, а то гулять было бы невозможно, — буркнула Беж.

-Да, — всплеснула лапами Вида, — наслушаешься такого и впрямь благодарить судьбу станешь, что у нас удивительно мудрая, тонкая учительница.

-Ваша вина, что тонкая. Вы бы ей пирожков почаще носили, она бы и поправилась, — удивилась несообразительности родственников Оранж.

-Да ты не поняла, сестрица, — улыбнулась Вида. – Тонкая в смысле чуткая, внимательная, глубокая, всё понимает.

-Да, — вздохнула Оранж, — повезло вам.

-Ничего, в следующем году у Беж появится много новых учителей — она же переходит в среднюю школу, а с Васькой Тишковичем, как я понимаю, вы расстанетесь, — напомнила Вида.

-Так ещё полгода учиться! – застонала Беж. – Хотя у нас и сейчас есть несколько других учителей. Например, географию ведёт сама директор.

-Странно, Мурлыка Пушоковна ведёт у нас все уроки, — удивилась Лида.

-Так и должно быть, — взялась объяснять Оранж. – Просто наша директор страсть как любит и уважает свой предмет. Она никому другому не доверяет его преподавать.

Кошечки ещё долго беседовали, заедая, кто досаду, а кто радость, душистыми ватрушками и мягкими пирожками. А когда стемнело, разбрелись по комнатам спать. На этот раз Лида и Беж сразу же уговорили мам разрешить им жить в одной комнате.

Горки

На следующий день, сразу после завтрака, Лида и Беж отправились во двор кататься с горки.

-Ты как будешь кататься? – возбуждённо спросила Беж.

-Как обычно, на спине, — ответила Лида, — а ты?

-А я хочу попробовать на животе. Ведь это всё равно, что на мягкой подушке, и видно всё лучше.

Кошечки залезли на горку, улеглись, кто как захотел, и, оттолкнувшись лапами, стремительно понеслись вниз с визгом и криком.

Едва вскочив на лапы, Лида бросилась к лежавшей неподалёку Беж.

-Ну как, здорово?!

Но Беж почему-то не отвечала.

-Беж, с тобой всё в порядке? Живот, что ли, натёрла? – забеспокоилась Лида.

Беж повернула голову и даже открыла рот, но продолжала молчать. В глазах её стояла немая мольба.

-Язык прикусила, — догадалась подруга и заглянула Беж в рот. Только теперь Лида поняла, почему её кузина молчит – её рот был забит снегом, как кляпом.

-Ой, Беж! – вскрикнула Лида. – Не закрывай рот. Я сейчас подую тёплым воздухом, и снег быстренько растает. Только ты его не глотай, а выплёвывай, а то простудишься.

Беж послушно лежала, открыв рот, пока Лида изо всех сил дула на снег. Вскоре снег начал таять, и рот Беж освободился от снежного плена.

-А снег ничего! Сочный такой! – облизываясь, сказала она.

-Ты что! – испугалась Лида. – Его нельзя есть!

-Лида, это ты кому-нибудь другому скажи. А я свою добычу никогда не упущу. Тем более, что он ко мне в рот сам залез. А что ко мне в рот попало, то пропало. И это закон.

-Но если ты сейчас заболеешь, все каникулы пойдут насмарку! – расстроилась Лида.

-Никуда они от нас не денутся, — уверенно сказала Беж. – Раз они на смарку, то и мы на смарку. Уговорим мам, и проведём остаток каникул на смарке.

-Беж, ты меня не понимаешь! Ты проваляешься в постели с градусником под мышкой и мокрым полотенцем на голове, — терпеливо объяснила Лида.

-Ну с градусником — я ещё согласна, а вот с полотенцем на голове – ни за что! Не позволю мочить мне голову и портить причёску, — высоко подняв лапу вверх, заявила Беж.

-А тогда тебя уже никто спрашивать не станет. И потом, какая разница, как в постели лежать – тебя всё равно никто, кроме близких, видеть не будет? – удивилась Лида.

-Ах, так значит, самым близким всё равно, как я выгляжу. Им безразлично, что у меня на голове! Тебе, я вижу, точно безразлично, — Беж укоризненно глядела на подругу.

-Сказать по правде, мне гораздо интереснее, что у тебя в голове, чем, что на ней, — резонно заметила Лида.

-В голове у меня всегда одно и то же, и вряд ли это кому-нибудь интересно, — не поверила Беж. – Вот сейчас, если я закрою глаза и загляну к себе в голову, то увижу… — и Беж изо всех сил зажмурилась, — толстую говяжью сардельку, пяток пирожков с рыбой и блюдце со сливками.

-И это всё, что есть в твоей голове? – усмехнулась Лида.

-Погоди-погоди, — сказала Беж, как будто пытаясь что-то разглядеть внутри себя. – Ещё есть пара ватрушек и сочный кусок курятины, — и она смачно облизнулась.

-Беж, а ты уверена, что заглядываешь в голову? – усомнилась Лида. – То, что ты перечислила, похоже на содержимое совсем другого места.

-Слушай, Лида, а может, в этом всё и дело! – Беж вдруг оторопела от осенившей её догадки. – Другие, когда зажмуривают глаза, видят свою голову: ну, разные мысли, идеи, умозаключения. А у меня по какой-то ошибке внутреннее зрение настроено на другой канал, и я вижу содержимое своего желудка, вернее, мысли своего желудка. – О, как я несчастна! – вдруг завопила она. – Когда другие думают о вечном, ты мне потом объяснишь, что это такое, я думаю о еде! А ведь я невиновата, что мои внутренние глаза расположены в желудке.

-Беж, — перебила подругу Лида, — по-моему, ты просто опять хочешь есть. Но ведь мы гуляем всего ничего. Неужели пойдём домой, скатившись с горки только раз?

-Это ты ехала с горки, а я ела с горки, — буркнула Беж. – Впрочем, я не наелась, — и она хитро посмотрела на Лиду.

-Беж, пожалуйста, давай на спине! – взмолилась Лида.

-Ради тебя на какие только жертвы не пойдёшь, — дала себя уговорить Беж. И взявшись за лапы, кошечки весело побежали на горку.

Как построить снеговика

К счастью, снежный завтрак Беж не имел никаких последствий и на следующий день подруги решили заняться совсем другим делом. Взяв из дому пару больших морковок и четыре здоровенные пуговицы, они отправились в тот же двор строить снеговиков. Сначала они хотели лепить каждая своего снеговика, но потом решили, что гораздо веселее работать вместе. К тому же, не придётся спорить, чей снеговик лучше, и решать, кому какую морковку взять.

Дело спорилось быстро. Восемь лапок проворно скатывали шары и укладывали их друг на друга, залезая, если надо, друг другу на спины или плечи. И вскоре во дворе вырос первый огромный снеговик с длинным оранжевым носом и большими пуговицами глаз.

-Хорош гусь, — довольно сказала Беж.

-Славный получился, — согласилась Лида. – Только вот нос подкачал – слишком длинную морковку взяли. Он скорее похож на Буратино, торчащего из сугроба.

-Это дело поправимое, — сказала Беж и легко откусила примерно треть морковки.

-Что ты сделала?! – расстроилась Лида. – Так он хоть на Буратино был похож, а теперь что?

-А теперь он похож на снеговика, — уверенно возразила Беж.

-С отгрызанным носом? – возмутилась Лида.

-Нос, вообще, вещь непредсказуемая, и формы у него бывают самые разнообразные. Бывает нос картошкой, бывает огурцом…

-Но только не бывает с обгрызанным концом, — закончила за подругу Лида.

-Что тебе дался его нос? Если уж на то пошло, то нигде не описано, каким точно должен быть нос у снеговика. И ответь мне, откуда он взял морковку зимой? Подозрительно всё это, — задумчиво сказала Беж.

-А вот и не подозрительно. Наверняка, ему заяц из своих летних припасов подарил, — нашлась Лида.

-Щедрый заяц, — восхитилась Беж. – Так что тебя не устраивает? – вновь обратилась она к Лиде.

-Форма. Неровный он, — буркнула Лида.

-Ах, только форма? – обрадовалась Беж. – Сейчас подравняем, — и с этими словами Беж отъела ещё изрядный кусок морковки.

-Беж, — подозрительно сказала Лида, — ты что, любишь морковку?

-Любишь-не любишь! При чём тут это? У нас с тобой носы, как носы, а он, между прочим, наших рук дело. Значит, и нос у него должен быть под стать нашим, – нашлась Беж. – Так что, — и она покосилась на снеговика, — можно было бы ещё подкоротить.

-Ну уж нет, — запротестовала Лида. – Надо было тогда редиску, а не морковку из дома брать. К тому же, ты мне подала отличную идею. Давай слепим снеговика-кошку.

-А почему бы и нет? — согласилась Беж.

А поскольку никто из них не знал, как лепить кошку, то вскоре рядом с первым снеговиком красовался такой же второй, только на месте предполагаемых ушей у него торчали две ветки.

-Кого-то он мне напоминает, — пристально глядя на детище своих рук, произнесла Лида.

-Меня? – с надеждой в голосе спросила Беж.

-Я вспомнила! – обрадовалась Лида. – Оленя! Точно Беж! Мы, сами того не подозревая, слепили оленя!

-Вот это да! Я оленя никогда в жизни не видела. Дай, хоть теперь полюбуюсь, — и Беж медленно обошла вокруг снежного чуда.

-Лида, если мы лепили кошку, а получился олень, что получится, если мы попробуем слепить собаку?

-Шарика! – обрадовалась Лида.

-Ага! – заулыбалась Беж. И они принялись за работу. Когда скульптура была закончена, обе ваятельницы с интересом взглянули на своё детище.

-Ещё один олень! – с удивлением констатировали они.

-А почему это у нас одни олени получаются, кого бы мы ни лепили? Даже неинтересно, — огорчилась Беж. – Дай-ка мне вторую морковку. Может, это дело поправит.

С этими словами Беж воткнула морковь в то место, где должен был располагаться предполагаемый нос собаки.

-Ну, на кого это теперь похоже? – с надеждой в голосе спросила Беж.

-На Буратино из книжки для оленят, — ответила Лида.

-Да, — печально протянула Беж, – олени будут довольны. А я что-то проголодалась. Очень энергоёмкий это труд оленей лепить.

-Морковку оставим? – поинтересовалась Лида.

-Кому? – удивилась Беж. – Снежным оленям она явно ни к чему, а нам в хозяйстве пригодится.

Кошечки вытащили морковные носы из своих горе-снеговиков и отправились домой восстанавливать силы.

На лыжах

Рано утром Лида разбудила Беж:

-Вставай, надо собираться и ехать в Кошачьи Холмы.

-Зачем? – недовольно проворчала заспанная Беж. – Может, во сне съездим?

-Беж, ты что, забыла? Мы договорились сегодня пойти кататься на лыжах. А самое лучшее для этого место – Кошачьи Холмы! Но туда надо ехать на автобусе и довольно долго, поэтому разумнее добраться туда пораньше – и кошек там будет меньше, и домой к обеду успеем вернуться.

Последний аргумент, похоже, убедил Беж, и она нехотя вылезла из постели.

Вида покормила кошечек и собрала их в дорогу. Лида несла в своём заплечном мешке термос с тёплым молоком, а Беж – ватрушки – она сказала, что ватрушки не доверит никому, даже лучшей подруге.

Забравшись в автобус, кошечки расположились на заднем сидении. Ехать оказалось действительно долго, так что где-то к концу пути подруг довольно сильно укачало.

-И что эти холмы так далеко забрались, — бурчала Беж. – Могли бы и поближе всхолмиться.

-Давай петь, — предложила Лида, — мне это всегда помогает. И не дожидаясь ответа угрюмой Беж, она затянула песню. Сразу уточним, что спеть её в том виде, к которому Лида привыкла с детства, ей не удалось, потому что Беж постоянно встревала и вносила свои изменения. Так что в итоге получилась совсем другая песня, которую справедливо можно было бы назвать бурчалкой:

-Ничего на свете лучше нету, — пела Лида.

-Чем жевать ватрушку иль котлету, — вставила Беж.

-Тем, кто дружит, не страшны тревоги,

-А страшны лохматые бульдоги,

-При чём тут бульдоги? – раздражённо спросила Лида. – К тому же, они не лохматые, а гладкошёрстные.

-Это у них от обиды шерсть дыбом встала, — объяснила Беж.

-А кто их обидел? – не поняла Лида.

-Как кто? Те самые друзья, которые у них на глазах ватрушку и котлету съели.

Лида твёрдо решила не обращать больше внимания на выходки Беж и затянула другую песню:

-Дружба крепкая не сломается, не расклеится от дождей и вьюг,

-Друг тебя не спросит, лыжи в лапы бросит, за собой потащит за Полярный Круг,

К счастью, в этот момент автобус остановился в Кошачьих Холмах.

-Приехали, — бросила Лида и, взяв лыжи, отправилась к выходу.

Беж, почувствовавшая, что погорячилась, тоже схватила лыжи и последовала за подругой.

Выскочив из автобуса, кошечки тут же надели лыжи.Скольжение было превосходное, и Лида, как ветер, понеслась по лыжне. Проехав в охватившем её восторге некоторое расстояние, она оглянулась, но Беж по-прежнему стояла у автобусной остановки.

-Беж, давай, едь сюда! – крикнула ей Лида.

-Как ехать-то? – донёсся ответ.

Лиду пронзила неприятная догадка. Подъехав к подруге, она недовольно спросила:

-Ты что, не умеешь кататься на лыжах?

-Кататься умею, ходить не умею, — объяснила Беж.

Лида озадаченно посмотрела на кузину. В этот момент с ближнего холма скатились несколько лыжников.

-Вот чем надо заниматься! – восхищённо глядя на них, проурчала Беж. – Ни ногами, ни руками двигать не надо. Стоишь себе на лыжах, а тебя несёт вниз.

-Беж, даже не думай! – предостерегла Лида. – Это ещё труднее, чем ехать по ровной местности.

-Ну да! Так я и поверила! Попробуй на санках по ровной местности покататься! Знаешь, как быстро лапы устают. А на горку залезешь, и тебя вниз саму по себе несёт. Так что, уж извини, а я пошла кататься.

С этими словами Беж сняла неуправляемые лыжи и к ужасу онемевшей Лиды полезла на ближайший холм. Когда Беж уже стояла наверху, Лида вдруг снова обрела дар речи и в отчаянии закричала:

-Беж! Не делай этого! Ты разобьёшься!

-Как может разбиться подушка? – услышала она в ответ.

Потом Беж на некоторое время исчезла где-то на вершине холма. Когда она снова появилась в поле зрения, Лида увидела устремлённые в сторону склона лыжи. К её великому удивлению, Беж не стояла, а сидела на них, вытянув вперёд вдоль лыжин задние ноги и ухватившись лапами за крепления.

-И пусть кто-нибудь посмеет сказать, что я не умею кататься на лыжах! – воскликнула она и понеслась с горы.

Оказавшись рядом с Лидой, Беж гордо заулыбалась.

-Так не катаются на лыжах! Для этого есть санки и ледянки, — укоризненно сказала Лида.

-Это другие так не катаются, а я катаюсь именно так. В плавании вон сколько разных стилей! Почему их не может быть в катании на лыжах?

-На лыжах так неудобно – они же разъезжаются, — пожала плечами Лида. – В следующий раз просто бери с собой ледянку.

-Ни за что! – возразила Беж. – Как я тогда смогу с чистой совестью рассказывать одноклассникам, что я отлично катаюсь на лыжах? И заметь, это будет чистая правда! – и она лукаво улыбнулась.

Найдя свой подход к делу, Беж уже больше не унывала, и кошечки ещё долго катались каждая своим способом. Некоторые невоспитанные котята, правда, тыкали в Беж пальцем и смеялись. Но Беж этого не замечала. Она была горда своим изобретением. А остальные пусть катаются, как за них другие придумали. Вот увидите, её новый стиль ещё возьмут на вооружение, только, наверняка, присвоят это открытие себе. А потом будут международные состязания по езде на лыжах, и никто, ни одна душа не вспомнит о ней. Ну и пусть! Скромность лишь украшает героя. Изобретателя колеса тоже никто не помнит! И всю дорогу домой Беж сидела с благостной улыбкой на лице, потому что только одна она знала, что подарила сегодня миру новый стиль катания на лыжах, а подобным может похвастаться далеко не каждый.

Что почитать?

Дома, сытно пообедав, кошечки уселись на диване читать. Чтобы сделать это совместным занятием, они решили читать вслух по очереди. Выбор книги Лида предоставила кузине. После того, как Беж увлеклась чтением, прочитав Волшебника Изумрудного города, она не переставала твердить, что книги лучше она не читала.

-Но ты же, вообще, больше ничего не читала, — возражала ей Лида.

-Так я и говорю, что никогда не читала ничего лучше, — удивилась непонятливости подруги Беж.

-Так давай почитаем что-нибудь другое. Винни Пуха, например, или Карлсона, который живёт на крыше, — предложила Лида.

-Карлсон, — скривилась Беж, — это кот, что ли уличный?

-С чего ты взяла? – рассмеялась Лида.

-А кто ещё может жить на крыше? – резонно заметила Беж.

-Нет, он не кот. Он маленький мужичок с пропеллером на спине, — объяснила Лида.

-Ой, как это должно быть неудобно, – посочувствовала Беж. – Спать на спине страсть как люблю. А что, на всех крышах такие мужички водятся? – заинтересовалась она.

-Да нет, он один единственный, — разочаровала её Лида.

-Но так не бывает! – воскликнула Беж. – Ведь он откуда-то появился? Значит, у него должны быть мама с пропеллером и папа с пропеллером или хотя бы один их них должен быть с пропеллером. Иначе в кого он такой?

-О маме и папе в книге ничего не сказано. И про других мужичков с пропеллерами тоже, — озадаченно сказала Лида. – Так что, похоже, родители у него были обычными людьми.

-Страшная сказка, — вдруг очень серьёзно сказала Беж.

-Это почему же? – удивилась Лида.

-Для родителей-то удар какой! – объяснила Беж. — Живут себе обыкновенные люди, а у них вдруг рождается ребёнок с пропеллером, — она на секунду умолкла. — И Карлсона жалко. Он ведь, должно быть, страшно одинок. Один и с пропеллером. Наверно, в детстве всякий хулиган норовил его пропеллер крутануть или сломать.

-Я как-то об этой стороне жизни Карлсона никогда не думала, — задумчиво произнесла Лида.

-А вот я подумала. И читать эту сказку про несчастного мужичка не буду. И в жизни горестей хватает, — и Беж насупилась.

-Что ж, ладно, не хочешь про Карлсона, так давай про Винни Пуха почитаем, — не отставала Лида.

-Опять про кота, — буркнула Беж.

-Карлсон был человеком, — напомнила Лида, — а Винни Пух – медведь.

-А почему у этого медведя такое кошачье имя? Пух ведь значит Пушок? – спросила Беж.

-Этого никто точно не знает, — пожала плечами Лида.

-Что ж они пишут и ничего про своих героев не знают? – возмутилась Беж.

-Но книга, это ж не энциклопедия. А Винни Пух – очень забавный медвежонок. Он обожает мёд и сгущёнку.

-Кто ж их не любит? – ревниво протянула Беж.

-А ещё он всё время сочиняет забавные стишки, — пыталась заинтересовать подругу Лида.

-Это и я могу, — похвасталась та.

-Это ты про испорченные песни в автобусе? Так то были не стихи, а чистое вредительство, — с укором сказала Лида. – А у Винни Пуха стихи всегда очень забавные.

-Правильно, тогда я вредничала и было из-за чего. А когда я в духе, я такие стихи могу сочинять, что тебе и не снилось! – гордо заявила Беж.

-Можешь?! – рассердилась Лида. – Ну давай, сочини что-нибудь ни о чём, как Винни Пух!

-Так это ж проще простого, — и не думала сдаваться Беж.

-Я вся внимание, — с издёвкой сказала Лида.

Беж откашлялась и продекламировала, изо всех сил помогая себе руками:

Кто-нибудь ни на чём преспокойно лежал

И не думал совсем ни о чём,

Кто-то толстый и страшный к нему подбежал,

Только я здесь совсем не причём!

Этот кто-то кому-нибудь грозно сказал,

Чтобы слез он с того ничего,

Глупый кто-нибудь сильно ему возражал,

Ну и что? Больше нету его.

Лида в изумлении уставилась на подругу:

-Беж, а ты и впрямь можешь!

-Скорее в обход, чем впрямь, но могу, — скаламбурила Беж.

-Слушай, а ведь у тебя талант! – всё ещё не в силах прийти в себя воскликнула Лида. – Пойдём, мамам прочитаешь, — и Лида потащила Беж в кухню, где, по обыкновению, коротали свой вечер за чашкой чая обе мамы.

-Мама, тётя Оранж! – ещё из коридора крикнула Лида. – Вы только послушайте, что Беж сочинила! Читай! – обратилась она к подруге.

Беж выпятила грудь, раскрыла рот и вдруг вскричала:

-Забыла!

-Не может этого быть! – не поверила Лида. – Ну вспомни, кто-то там где-то лежал, а на него напали, ну и конец печальный такой. Кого-то из них не стало! – тормошила подругу Лида.

-Содержание помню, а стих улетучился, — печально изрекла Беж.

-Ладно, не расстраивайся, — улыбнулась Вида. – А ты в следующий раз записывай, — обратилась она к дочери.

Грустная Беж поплелась с кухни в комнату, за ней побрела Лида.

-Беж, правда, не грусти. Я теперь всегда буду держать наготове карандаш и блокнот, — попыталась подбодрить подругу Лида. – А может, и этот стих вспомнишь.

-Это вряд ли, — буркнула Беж, — если б он был о чём, тогда другое дело, а так … выходит, что стихи ни о чём долго не живут.

-Выходит, что так, — согласилась Лида.

О стихах в этот вечер больше не было произнесено ни слова.

На катке

Утром следующего дня кошечки собрались идти на каток вместе с Пушинкой. Они встретились у касс, купили билеты и уселись на скамеечку надевать коньки.

Пушинка оказалась совсем маленькой кошечкой, намного меньше Лиды. Она была очень застенчивая и робкая. И хотя Беж изначально была настроена против неё, она очень скоро начала оттаивать, прекрасно понимая, что такое нежное создание не может разрушить их дружбу с Лидой.

Накатавшись до упаду, кошечки отправились в уличное кафе, которое располагалось на территории катка. Лида и Пушинка купили себе по чашке молока, а Беж очень порадовала работников кафе, скупив почти все бутерброды и сладости.

-Беж, — с сомнением покачала головой Лида, — ты же всё это будешь есть до завтрашнего утра, а мы хотели ещё покататься.

-А кто вам мешает? – невозмутимо ответила Беж.

-Ты предлагаешь нам оставить тебя здесь, а самим пойти на каток? – удивилась Лида, зная, как ревниво относится Беж к её дружбе с Пушинкой.

-А что же нам остаётся делать? – пожала плечами Беж.

-Да, — неуверенно согласилась Лида, — делать нечего.

-Это вам делать нечего, — возразила Беж, — а у меня, — и она вожделенно улыбнулась, обводя все яства на столе прожорливым взглядом, — дел по самое горло.

Лида пожала плечами и, выпив молоко, кошечки отправились на каток вдвоём.

А Беж принялась за еду. Она смаковала каждый бутерброд, а потом стала медленно отправлять в рот одно за другим пирожные. Когда стол опустел, Беж тяжело вздохнула, так же тяжело поднялась и поплелась к выходу.

На катке глазам её предстала не очень приятная картина:

Лида и Пушинка кружились на льду, взявшись за лапы, и очень заразительно хохотали.

Ревность болезненной стрелой пронзила всё существо Беж. Она рванула с места и на огромной скорости помчалась к подружкам. Беж так отяжелела, что от её коньков на льду оставались глубокие борозды. Беж и так-то не очень умела тормозить на льду. А сейчас, приобретя солидную инерцию, она на всём ходу пронеслась мимо удивлённых кошечек и врезалась в противоположенный бортик.

-Беж! – вскрикнули в испуге Лида и Пушинка и бросились к сидевшей на льду бедолаге. Но та, недолго переживая столкновение, уже ехала им навстречу, изо всех сил оттолкнувшись от бортика. Увидев, что этот гружёный бутербродами и пирожными снаряд, катится прямо на них, кошечки едва успели разъехаться в стороны, а Беж гордо пронеслась мимо и вскоре уже сидела у противоположенного бортика.

-Беж, не вставай! – крикнула ей Лида. – Мы сейчас подъедем и поможем тебе.

-Мой девиз – помоги себе сам! – крикнула в ответ Беж и, вновь с трудом поднявшись, встала на рельсы, которые образовались от двух её проездов через весь каток. Она хотела было опять оттолкнуться, но в этот момент в её борозды попали коньки маленького котёнка, который с трудом стоял на льду. Обнаружив, что коньки не разъезжаются и не заваливаются, он недоумённо остановился и вопросительно взглянул на Беж.

-Тётенька, а можно, я на Ваших рельсах с Вами покатаюсь? – застенчивым голоском спросил он.

Это было так трогательно, что Беж не устояла. Нет, на коньках она стояла, как вкопанная, а вот её ревнивое сердце растопилось от детской непосредственности, и она сказала:

-Будешь первым вагончиком! Прицепляйся сзади!

Котёнок радостно согласился.

-Только предупреждаю! У Паровозика неисправные тормоза! Поэтому при подъезде к станции всем вагончикам надо заранее отцепляться, иначе катастрофа неизбежна.

Котёнок озабоченно посмотрел на Беж и спросил:

-А как же Паровозик?

-За Паровозик не беспокойся! У него огромный мягкий бампер, — и она ткнула лапой в свой живот.

Через некоторое время, к удивлению всех на катке, на рельсах образовался целый поезд из маленьких котят, который тянула, пыхтя и гудя, толстая пушистая тётя-паровозик по имени Беж.

А Лида и Пушинка до слёз хохотали над этим зрелищем и, каждая про себя, думали, какая, оказывается, Беж добрая и заботливая.

Беж же давно помахала лапой ревности, так как сама получала не меньше удовольствия, чем доставляла малышам.

Когда позже кошечки уходили с катка, бесчисленные родители благодарили Беж и интересовались, когда она придёт сюда в следующий раз. А котята облепили её и спрашивали, почему их поезд так рано сошёл с рельсов. Кое-как убедив их, что у Паровозика закончилось топливо, Беж ушла домой вместе с подругами, которые наперебой восхищались ею.

«Я же говорила, что Пушинке не тягаться с Паровозиком», — самодовольно подумала Беж.

Неожиданная встреча

На следующий день Лида и Беж прогуливались по городу и, проходя мимо вывески «Зоомагазин», решили заглянуть внутрь. Магазин был полон покупателей и просто зевак. Кошечки медленно продвигались от аквариума к аквариуму, которых здесь было видимо-невидимо.

-Сколько еды плавает! – раздражённо облизнулась Беж.

-Да ты посмотри на них. Они же крошечные, тебе на один зуб, — возразила Лида.

-Одна на один зуб, другая на другой, глядишь, и на все зубы бы хватило, ещё бы и на закуску осталось, — тут Беж как-то недобро ухмыльнулась и тихо сказала:

-А если я мимоходом выловлю одну такую кроху, никто и не заметит, что её не стало.

-А если заметит? – Лида возмущённо посмотрела на Беж. – И даже не в этом дело! Это же воровство!

-А я назову это спортивной рыбной ловлей! – и Беж снова облизнулась.

-Тогда я оставлю тебя здесь одну и никогда больше не смогу с тобой дружить.

-Да я шучу, — кисло улыбнулась Беж. – И потом, с чего ты взяла, что я их есть буду? Только поймаю и обратно отпущу.

-Знаем-знаем, куда ты их всех отпускаешь, и кузнечиков, и рыбок, — в свой большой ненасытный рот! – рассердилась Лида.

-Ты можешь жалеть кузнечиков и рыбок, но рот мой трогать не надо. Да, он большой, ну и что? Это даже очень здорово! Большой рот говорит о хорошем аппетите. А хороший аппетит – свойство здорового организма, так моя мама говорит. Так что от большого рта огромный толк.

-И огромный живот, — добавила Лида.

-А как же иначе, — ничуть не смутилась Беж. – Это пищеварительная цепочка. Мы это по биологии проходили. Большой рот, большая печень, большой живот и большое-пребольшое доброе сердце!

-А при чём тут сердце? – недоумённо спросила Лида.

-Так не зря же говорят, что большому куску и сердце радуется. А если этих больших кусков много, то сердце не просто радуется, оно так и прыгает от счастья. А когда сердце счастливо, разве оно может быть злым?

Лида удивлённо посмотрела на Беж.

-Как это у тебя всё так интересно получается? По-твоему, у тех, у кого рот маленький, должно быть маленькое злобное сердечко?

Беж смутилась, но тут же нашлась и сказала:

-Но это же поправимо. Надо просто почаще набивать рот, и оно очень скоро станет большим.

-Ой! – вдруг вскрикнула Беж, глядя в очередной аквариум. – А это что за пучеглазое чудовище?

-Да это твоё отражение, — успокоила подругу Лида.

-Лида, от тебя я такого не ожидала, — обиделась Беж.

-Беж, но это правда ты! Просто аквариум выпуклый. Вот, посмотри на меня! – и Лида вплотную подошла к аквариуму.

-Ой, мамочки! – всплеснула лапами Беж. – Чистый Васька Тишкович, когда удивляется, что кто-нибудь не знает ответа. Он всегда так глаза выпучивает! – и Беж схватилась за живот и скорчилась от смеха.

-Беж? – услышала она за спиной знакомый до дрожи голос. Беж сжалась до таких размеров, что Лида даже испугалась за неё.

-Здравствуйте, — раздался тонюсенький, незнакомый Лиде голосок, из недр её сплюснутого тела.

-Ты тут живёшь или гостишь у кого-то на каникулах? – спросил обладатель так напугавшего Беж голоса.

-На каникулах у тёти и двоюродной сестры, — и Беж слабо махнула в сторону Лиды, которая тихо поздоровалась со стоявшим перед ними котом.

-А Вы тут случайно не живёте? – боязливо спросила Беж, не отваживаясь взглянуть на учителя.

-Нет, просто по делам приехал. Завтра уезжаю, — и Васька Тишкович прочистил горло, как будто собирался что-то заявить или кого-то отчитать. – Уже смеркается. Шли бы вы домой.

-До свидания, — радостно закивала Беж. – Ещё увидимся, — продолжала она кивать, ретируясь к выходу. – Встретимся на уроках! – уже в дверном проёме крикнула Беж и очутилась, наконец, на улице.

-Беж, успокойся. Он остался в магазине, а мы с тобой на улице, — услышала Беж успокоительный голос Лиды.

-Но он же оттуда когда-нибудь выйдет, — всё ещё не своим голосом заметила Беж.

-Но он завтра уезжает, — напомнила ей Лида.

-А вдруг он передумает, — не унималась Беж. – Я теперь до конца каникул буду бояться столкнуться с ним где-нибудь на улице.

-Странно, из твоих рассказов мне показалось, что ты его совсем не боишься, — подозрительно глядя на подругу, сказала Лида.

-Правильнее сказать, не совсем боюсь, — потупила глаза Беж.

-Ясно, — укоризненно покачала головой Лида. – Про ватрушки и кастрюлю ты всё придумала.

-Ну не совсем всё… — начала оправдываться Беж.

-А знаешь, я была бы рада встретить вот так Мурлыку Пушоковну.

-Ты, небось, её любимица? – подозрительно покосилась на сестру Беж.

-Я не думаю, — пожала плечами Лида. – Она ко всем хорошо относится.

-Даже к двоечникам? – не поверила Беж.

-Беж, а ты как учишься? – спросила вдруг Лида.

-Изо всех сил, — уклончиво ответила Беж. – Слушай, давай сменим тему. До школы ещё целая неделя. Можно мне хоть на каникулах об учёбе не думать.

-Ладно, извини, — согласилась Лида. И они продолжили путь молча, видимо, каждая думая о своём.

Разговор у ёлки или откуда берутся оригинальные идеи.

Рано утром Лиду и Беж разбудил приятный, глубоко проникавший в лёгкие аромат. Открыв глаза, кошечки увидели то, что источало этот свежий смолистый запах. Посреди комнаты в ведре с землёй и песком стояла невысокая, но очень пушистая ёлочка.

-Откуда ты ёлка в ведре и в иголках? – вытянув вперёд лапу, продекламировала Беж. – Так можно и в Деда Мороза поверить.

-А я в него и так верю, — сказала Лида. – Он мне каждый Новый год ёлочку приносит и подарки под неё кладёт.

-Ты думаешь, это он? – с сомнением сказала Беж.

-А кто же ещё? Мама всё время рядом со мной. Папа, когда приезжает домой, всегда сам мне дарит подарки.

-Кстати, ты мне никогда о своём папе не рассказывала. Он у тебя кто? – заинтересовалась вдруг Беж.

-Кот, Тимофей Петрович, — ответила Лида.

-Понятно, что не пёс, Пётр Тимофеевич. Я имею в виду, чем он занимается?

-Он – норковед, — объяснила Лида. – Разыскивает мышиные норы и сообщает об их местоположении котам-мышеловам.

-Ух ты! – аж подскочила Беж. – Какая увлекательная профессия! Не у твоего отца, конечно, а у тех, кому он об этом сообщает. Я, пожалуй, поработаю мышеловкой, когда вырасту, а если мне понравится…

-Ты не сможешь работать мышеловкой, — уверенно сказала Лида.

-Это я-то не смогу?! – возмутилась Беж. – Ты что, забыла, как я спасла тебя от прожорливой крысы?

-Помню, спасибо. А ты помнишь, что мне потом пришлось спасать её от тебя. А ведь мышеловы только ловят мышей, — объяснила Лида.

Беж ошарашенно уставилась на подругу.

-Ты хочешь сказать, что на свете существуют кошки или коты, которые ловят мышей и при этом их не съедают?

Лида утвердительно покачала головой.

-Какая мучительная профессия, — Беж почесала лапой в затылке, — но ведь кто-то всё-таки съедает тех мышей? – наморщив лобик, спросила она. Вдруг её мордочка просияла и, не дождавшись ответа Лиды, она вскричала:

-Ага! Их съедают представители третьей профессии! Я даже знаю, как их называют – мышееды!

-Беж, а чем, по-твоему, питаются норковеды и мышеловы, — укоризненно покачала головой Лида, — если твои мышееды всё съедают?

Беж обхватила лапами голову и надолго задумалась.

-Да, — наконец изрекла она, — некрасиво получается. Одни разведывают, другие ловят, а третьи всё съедают. Значит, со всеми приходится делиться. И зачем такие сложности? Я согласна делать всё одна. Так сказать, трое специалистов в одном сытом теле.

-Беж, но потому и существует столько разных профессий, что невозможно быть специалистом во всех областях сразу!

-А надо стараться! – отрезала Беж. – А кстати, с чего весь разговор-то начался?

-С моего папы, — напомнила Лида. — Ты спросила, кем он работает, а я тебе сказала, что он узкий специалист.

-Будешь тут узким, когда за тебя всё время другие едят, — посочувствовала Беж. – А до папы мы о ком говорили? Я точно помню, что о ком-то ещё.

-О Деде Морозе, — подсказала Лида.

-Точно. Я в него тоже верю, но сильно сомневаюсь, что одному деду под силу такое количество подарков развести и разнести по всем домам. Должно быть, есть целая сеть дедов Морозов, точнее дедульчиков Морозов или Дедов морозиков. И всей этой сетью дедульчиков управляет тот самый главный Дед Мороз, – Беж многозначительно подняла лапу вверх.

-Обидно, — неожиданно добавила она.

-Что обидно? – не поняла Лида.

-Дедульчикам обидно. Они выполняют самую тяжёлую работу, а никто о них не знает, — пояснила Беж.

-Может, ты и права, Беж, — задумчиво сказала Лида.

-Конечно права, — удовлетворённо сказала та. – Более того, я считаю, что надо восстановить справедливость.

-Каким образом? – заинтересовалась Лида.

-Я напишу своему дедульчику письмо и поблагодарю за его тяжкий неблагодарный труд.

-Давай напишем вместе – наверняка, к нам с тобой придёт один дедульчик, — предположила Лида.

-Давай, — сразу согласилась Беж, — писать будешь ты.

Лида не стала возражать, взяла лист бумаги и уселась за стол.

Это письмо стало их совместным творением. Вот оно:

Уважаемый и горячо любимый дедуля Морозец,

Спасибо тебе огромное за твой неуловимый труд! В час, когда мы сладко спим и видим сны, ты работаешь, не покладая ног. Ты не подумай, что мы не верим в чудеса, и всё-таки, как тебе удаётся просочиться в комнату, когда закрыто всё, включая форточку? Каким образом ты, гружёный подарками, взбираешься на верхние этажи домов? И почему бы тебе хоть разок ни разбудить нас, чтобы мы, наконец, смогли пожать твою натруженную морозную лапу.

Твои Беж и Лида

Лида пыталась было возражать против некоторых формулировок, особенно ей не понравилось выражение «не покладая ног», но Беж была непреклонна, всякий раз повторяя, что идея написать письмо принадлежит ей. А что касается ног, то так всегда говорят про настоящих тружеников, коим без всякого сомнения является и их дедуля.

Так что Лида в конце концов сдалась, а письмо было решено положить новогодней ночью под ёлку.

Тут в дверях комнаты появились Вида и Оранж:

-Мама, тётя, смотрите, какую ёлку нам Дед Мороз прислал! Мы ему тут благодарственное письмо написали.

-Молодцы, — мамы переглянулись, — а наряжать когда будете? Завтра уже Новый год встречать. И игрушки ждут не дождутся, — и мамы указали на несколько довольно крупных коробок в углу комнаты.

Котята с визгами бросились доставать игрушки.

-Только аккуратно! – предупредила их Вида. – Многие из них бьются. Если разобьёте, зовите нас. Сами осколки не собирайте – порежетесь.

Мамы удалились, а котята принялись за работу. Тут были и разноцветные шары, и переливающиеся сердечки, и мерцающие сосульки, и, конечно, разнообразные гирлянды.

-Я буду развешивать красные игрушки, — заявила Беж. – Красный – мой любимый цвет.

-Ладно, — согласилась Лида, — тогда я развешу золотистые.

-А после красных я повешу серебристые, — не слыша Лиду, сказала Беж.

-А я — синие, а за ними розовые, — заторопилась Лида, которая успела заметить, что синих игрушек в коробках очень мало.

-Я согласна, — ответила Беж, и работа закипела.

Когда игрушки в коробке закончились, и котята взглянули на результат своего труда, они сразу почувствовали, что их ёлка выглядит не совсем обычно. Как раз в это время в комнату вновь заглянули любопытные мамы.

-Ух ты! Такого я ещё не видела! – удивлённо воскликнула Оранж.

-Оригинально! – согласилась Вида, — Я до такого за всю свою жизнь не додумалась.

И правда, ёлка была похожа на лоскутное одеяло. Она состояла из островков. Ближе к верхушке располагался островок красных игрушек, чуть пониже слева – островок золотистых, рядом справа – серебристые, ещё ниже – синие, а внизу слева – розовые.

-Ну молодцы! Теперь самое время завтракать.

По дороге на кухню Лида шепнула Беж:

-Странно, почему так всегда получается? Если хочешь соригинальничать, ничего не выходит. А когда делаешь просто так, ни о чём не думая, всегда оказывается, что ты что-то необыкновенное выдумал.

-Потому что, чем меньше думаешь, тем крепче спишь. Чем крепче спишь, тем лучше ешь.Чем лучше спишь и ешь, тем ты здоровее. А в здоровом теле, как известно, здоровый дух. Вот этот здоровый дух, и как он только в маленьком тельце умещается, всё за нас и выдумывает, — и Беж очень довольная тем, что всё так ловко объяснила, многозначительно посмотрела на Лиду.

-А в тебе он не умещается, — глядя куда-то мимо головы кузины, сообщила Лида.

-Кто? – не сразу поняла Беж.

-Твой здоровенный дух, — очень серьёзно сказала Лида.

-Как это? – неприятно заволновалась Беж.

-Ты ведь крепко спишь и очень много ешь, поэтому ему тесно, и он немножечко торчит, — объяснила Лида.

-Где торчит, откуда торчит? – теперь уже испугалась Беж.

-Ну, из ушей, например, — уточнила Лида, пристально разглядывая остренькие ушки кузины.

Беж машинально схватилась за уши.

-Но я ничего не чувствую, — немного успокоилась она.

-Дух нельзя потрогать — он же бесплотный. Я и сама его едва различаю, — снова расстроила сестру Лида.

-И что же ты различаешь? – со страхом спросила Беж и как-то вся притихла.

-Совсем немного, — продолжала фантазировать Лида, — из каждого уха торчит по пятке.

-Как по пятке? – изумилась Беж. – А где же голова?

-Сама понимаешь, где-то в районе живота, — на ходу сориентировалась Лида.

-Я так и знала! – вскричала Беж. – Так и знала! Помнишь, я тебе говорила, что у меня внутренние глаза расположены в желудке, — разволновалась Беж и бросилась к зеркалу.

-Но я ничего не вижу! – возмутилась она, изучая отражение своих ушей.

-И неудивительно, — тут же нашлась Лида. – Во-первых, я думаю, что самому свой дух увидеть нельзя. Во-вторых, насколько я знаю, духи в зеркалах не отражаются.

-Иными словами, ты хочешь сказать, что все, кроме меня, видят две пятки, торчащие из моих ушей? И все молчат?! А ещё друзьями называются! И это я в таком виде по городу хожу, учусь в школе, гуляю у себя в деревне?

Беж насупилась и надолго замолчала.

-Беж, но как об этом прямо скажешь? Ну представь, подошёл бы к тебе наш добрый друг Шарик и сказал: «Беж, у тебя из ушей чьи-то пятки торчат». Что бы ты ему ответила?

-Я бы сказала: «Как же тебе не стыдно на мои больные уши ещё и лапшу вешать?»

-Вот видишь, ты бы не поверила! К тому же, я хоть их и давно вижу, но что это пятки поняла только сегодня, после твоего объяснения про здорового духа. А раньше я думала, что у тебя такая дымка странная из ушей поднимается, ну что-то вроде облаков, — оправдывалась Лида.

-Теперь ясно, — вдруг закивала головой Беж, – почему взрослые мне всё время говорят, что я в облаках витаю.

-Кстати, он убрал пятки. Наверно, они у него замёрзли, — пожалев подругу, сказала Лида.

-Правда?! – обрадовалась Беж. – То есть сейчас я выгляжу совершенно нормально?

-Сейчас – да, — уточнила Лида.

-Надо почаще в холодильник залезать, и все дела! – сделала успокоительный вывод Беж.

Лида отвернулась, чтобы не прыснуть со смеху – даже из этой безвыходной ситуации Беж нашла очень удобный для себя выход.

Как вернуть доброе имя

Оказавшись во дворе на следующий день, Лида и Беж взялись за постройку снежной крепости. Неизвестно откуда появившийся Балбес, изъявил желание им помочь. Беж с любопытством наблюдала за ним, и к своему удивлению обнаружила, что он вполне толковый и приятный пёс. Балбес работал за троих, и вскоре во дворе выросла высоченная снежная гора.

-Ты даёшь! – то и дело восхищалась Беж. – У тебя энергии на целую свору собак!

-Недаром же у меня такое необыкновенное имя! – гордо воздев морду к небу, заявил пёс.

-Не думаю, что дело тут в имени. Не всякий балбес способен на такое, — усомнилась Беж.

Балбес как-то весь напрягся и осторожно спросил:

-А ты разве знаешь других Балбесов?

-А как же, — невозмутимо ответила Беж.

-Среди кошек или собак? – продолжал допытываться пёс.

-Балбесов везде хватает, — буркнула Беж.

-В каком это смысле? – насторожился пёс.

Лида поняла, что настал тот самый момент, когда надо открыть Балбесу глаза на смысл его нового имени. Она тяжело вздохнула, как всякий из нас, когда знает, что ему предстоит неприятный, но неизбежный разговор, и сказала:

-Послушай, мне очень неудобно тебе это говорить, но твоё имя вовсе не имя.

-Как это? – не понял Балбес.

-Ну, балбесами называют тех, кто не очень хорошо соображает, — попыталась смягчить удар Лида. – Просто твой хозяин рассердился на тебя за то, что ты перестал откликаться на своё прежнее имя и назвал тебя балбесом.

Лида опустила глаза. Пёс сейчас представлял собой такое жалкое зрелище, что ей стало не по себе.

-И ты с самого начала это знала и ничего мне не сказала, — тихо и обречённо проговорил он.

-Извини, ты так гордился своим новым именем. Я просто не смогла тебе тогда сказать, — виновато пробормотала Лида.

-А я почти месяц отзываюсь на это имя и ничего не подозреваю. Теперь понятно, почему мне так часто казалось, что другие собаки смеются у меня за спиной.

Лида не знала, куда деться от неловкости. Ей было так жаль Балбеса. Но с другой стороны хорошо, что всё открылось сейчас, ведь бывший Шарик мог так и не узнать, что к чему.

-Что же мне теперь делать? – провыл несчастный Балбес и лёг на снег.

-Надо вернуть твоё доброе имя! – вдруг осенило Лиду. – Перестань откликаться на Балбеса.

-Вряд ли после этого хозяин назовёт его ласковым именем, — скептически протянула Беж.

-Тогда сделай что-нибудь хорошее. Например, принеси хозяину тапочки или газету. Он, наверняка, тебя похвалит и назовёт каким-нибудь приятным словом. А ты тут же ещё что-нибудь хорошее сделай.

-Например? – уточнил Балбес.

-Например, ужин приготовь, — очень серьёзно предложила Беж.

-Но я не умею готовить, — расстроено воскликнул пёс.

-Ну и напрасно, — заметила Беж. – Представляешь, приходит твой хозяин с работы усталый, а ты ему к двери тапочки. Он, конечно, удивится, но может пока тебя никак не назвать. Теперь, проходит он в комнату, садится в кресло, а ты ему газету. Тут он на тебя другими глазами посмотрит, но может от изумления опять ничего не сказать. И вот, пока он приходит в себя в тапочках с газетой в руках, ты приносишь ему ужин на тарелочке, включаешь телевизор, ложишься у его ног и виляешь хвостом.

Балбес от расстройства, что не может воплотить в жизнь план Беж, даже завыл.

-Да ты не расстраивайся, можно и без ужина, — успокоила его Лида. – Ты со всем остальным справишься?

Пёс радостно вскочил и закивал.

-Без ужина нельзя, — отрезала Беж. – Что ж ты голодного хозяина у телевизора в тапочках посадишь и вместо ужина газетку ему принесёшь? – кисло спросила она. – Уж не знаю, как твой хозяин, но, окажись я на его месте, за такое бы точно не похвалила.

Они ещё долго спорили и предлагали разные планы, пока Балбес окончательно не отчаялся.

-Всё это очень хорошо, — сказал он, — но даже если он назовёт меня ласковым словом, как мне дать ему понять, что это моё новое имя?

-А ты завиляй хвостом, — предложила Лида.

-Или поурчи, — посоветовала Беж.

-Беж, собаки не умеют урчать, они лают, рычат или визжат, — объяснила Лида.

-Что одинаково плохо, — буркнула уязвлённая Беж.

-Ладно, — вздохнул пёс, — спасибо за заботу. Что-нибудь придумаю, может и сработает.

И повесив голову и опустив хвост, он поплёлся домой.

Вдруг из-за дома появился высокий мужчина в сопровождении маленькой девочки.

-Ой, — вскрикнула девочка, — а вот и Шарик. Шарик, ко мне! – скомандовала она, и пёс со всех ног бросился к румянощёкому существу с выбивавшимися из-под шапки белокурыми локонами.

Мужчина был явно удивлён.

-Племяшка, ты творишь чудеса, — задумчиво протянул он. – Он первый раз за месяц откликнулся на своё имя. Дай-ка я проверю, не случайность ли это.

Мужчина отошёл от ласкавшей пса девочки и громко позвал:

-Шарик, ко мне!

И вновь обретший своё старое, пусть и избитое, но вполне достойное имя пёс с радостным лаем бросился к хозяину.

-Кажется, всё решилось само собой, — улыбнулась Лида. – А нам пора домой помогать мамам с уборкой и готовкой.

И кошечки, каждая думая о том, как легко потерять своё имя и как трудно потом его найти, пошли готовиться к встрече Нового года, а заодно и рассказать мамам историю Шарика.

С Новым годом!

Остаток дня прошёл в непроглядной суете. Мамы и дочки что-то беспрерывно мыли, резали, жарили, месили, пекли, убирали, чистили, доставали и снова мыли и так далее.

К вечеру все так умаялись, что решили часок поспать. Но Лиде это сделать не удалось, поскольку Беж громко храпела.

Когда через полтора часа все собрались за столом, Лида тихо шепнула Беж:

-Беж, а ты знаешь, что иногда храпишь?

-Теперь знаю, — не моргнув глазом, ответила Беж. – И это меня совершенно не удивляет. Это мой здоровый дух мне свободно дышать мешает.

А чуть позже, когда все расселись по креслам у телевизора, Лида заметила, что Беж как-то странно себя ведёт. Она то и дело поднимала лапы к голове, а затем, на некотором расстоянии от ушей, начинала быстро-быстро двигать подушечками пальцев, как будто перебирая струны какого-то невидимого музыкального инструмента. Когда она повторила это движение в двадцатый раз, Лида не выдержала.

-Беж, ты, наверное, не замечаешь, но ты время от времени делаешь очень странные движения лапами в воздухе.

-Это я щекочу пятки своему здоровому духу, чтобы он их спрятал, — объяснила Беж.

Лида поняла, что надо срочно избавить Беж от её здорового духа, иначе мало ли что она ещё может придумать.

-Беж, — снова шепнула она, — да я пошутила вчера.

-В смысле? – не поняла Беж.

-Ну про пятки, — уточнила Лида.

На мгновение воцарилась тишина, и Лида испугалась, что ссоры не миновать.

-Жаль, — грустно вздохнула Беж, — я ведь прошлой ночью с ним разговаривала, и мне было так хорошо. Я вдруг поняла, что теперь никогда не буду одинока. Я даже стала подумывать купить ему шерстяные носочки, чтобы у него пятки не мёрзли.

Лида помрачнела, она никак не ожидала, что Беж уже успела подружиться со своим здоровым духом.

-А может он всё-таки есть, просто его тебе не видно? – предположила Беж.

-Наверняка так и есть, — очень серьёзно согласилась Лида. – Ты ведь моего не видишь.

В этот момент часы начали бить полночь. Ещё несколько мгновений и наступил Новый год.

«С Новым годом тебя, мой здоровый дух!» — услышала Лида, как Беж тихо шепнула самой себе.

А потом все поздравляли друг друга с Новым годом, веселились и ели от всей души. Затем отправились к ёлке доставать подарки. Мамы подарили дочкам новенькие коньки, а Дед Мороз прислал им наборы разноцветных резиновых мячиков и письмо. Котята тут же распечатали письмо и с гордостью прочитали его мамам.

Дорогие Беж и Лида,

Спасибо вам большое за заботливое письмо!

Работа моя и впрямь не из лёгких, но я её очень люблю. А вот как я попадаю в дома, позвольте мне вам не рассказывать. Пусть это будет моим маленьким секретом. Разбудить вас я не могу, так как это запрещено Морозным уставом. Да и честно сказать, вы спите так сладко, что я бы не стал этого делать, даже если б было можно. И поверьте, что это к лучшему, потому что жать мою лапу опасно для вашего здоровья – уж слишком она морозная.

С Новым годом вас! Надеюсь, мои весёлые мячики не дадут вам скучать!

ВашДедуля Морозуля

Дочитав письмо, Беж вложила его обратно в конверт и сказала, что будет хранить его всю жизнь, чтобы потом показать своим детям.

Потом все оделись и пошли на улицу. А там катались в сугробах, играли в снежки, лепили снеговиков и снежных оленей и съезжали с горки. Беж показала изобретённый ею способ катания на лыжах. А в довершении всеговесёлая компания построила во дворе снежную крепость, и все стали по очереди через неёперепрыгивать.

Вдруг двор огласил знакомый Лиде и Беж лай. Они сразу успокоили мам, заверив их, что это их друг Шарик.

-Как Шарик? – изумились те. – Откуда он тут взялся?

-Вы не поняли, это другой пёс, но тоже Шарик, — объяснили мамам дочери.

-Ну и ну, — покачала головой Вида. – Вроде умные существа, эти люди, а такое однообразие.

-Правда странно, — согласилась Беж. – Ну хоть бы Кубиком назвали или Цилиндриком. Видно, плохо в школе учились. Из всех фигур только шарик и запомнили.

Шарик, к счастью, этого разговора не слышал. Возбуждённо и радостно повизгивая, он носился за котятами, которые стрелой улепётывали от него, то перепрыгивая через снежную крепость, то прячась за ней и неожиданно выскакивая у Шарика из-под ног.

Когда начало светать, все разбрелись по домам смотреть свои первые в этом году сны.

Снежная битва

Далеко за полдень того же дня кошечки вышли на улицу с твёрдым намерением обследовать окрестные дворы, поскольку в своём дворе они знали каждый сугроб. В дальнем конце одного из них они заметили двух котиков.

-Пойдём, предложим им поиграть с нами в снежки, — предложила Беж.

-Они не станут, — покачала головой Лида. – Такие коты никогда не играют с кошками.

-Это почему это? – удивилась Беж. – В пансионе мы всегда играем кучей.

-Беж, я не могу тебе ответить на этот вопрос, но я точно знаю, что они не станут с нами играть.

-Плохо, — буркнула Беж, — вдвоём играть в снежки скучновато будет, — она немного помолчала. – Слушай, я, кажется, придумала. Делай, как я, — и Беж начала скатывать снег в мелкие шарики. Сложив возле себя приличную горку из снежков, она помогла построить такую же Лиде.

-Эти котики – наша движущаяся мишень, — объяснила она. – Когда я скомандую «огонь», мы забросаем их снежными снарядами.

-А если им это не понравится? – забеспокоилась Лида.

-А кому это может понравиться? – удивилась несообразительности подруги Беж. – Ты слушай дальше. Главное в нашем деле — это непрерывность обстрела. Поэтому сначала мы израсходуем одну кучку снарядов, допустим мою. Как только снежки в ней закончатся, один из нас тут же начинает лепить новые снаряды, а другой продолжает бомбардировать котов и так далее. Так мы лишим их возможности сообщить нам, нравится им это или нет. Убегать с поля боя они не станут – они же мальчишки. И что им останется? Соображаешь? Только одно – отстреливаться, что нам с тобой и нужно! Ну? Как тебе моя идея по втягиванию котиков в снежную битву?

Лида какое-то время в задумчивости молчала, а потом повторила:

-А если им это не понравится?

-Ну что ты заладила, понравится, не понравится. Кто их спрашивать станет? У них просто не будет другого выхода, — убеждала Беж подругу.

-Ладно, давай попробуем, — неуверенно согласилась Лида.

-Давай, давай! – обрадовалась Беж. – Итак, приготовься к обстрелу. Снаряды берём только из моей кучки и далее по плану. Готова? – и Беж строго взглянула на всё ещё колеблющуюся Лиду. – Огонь!

Обе кошечки начали один за другим швырять снежки в ничего не подозревавших котов. Снаряды сыпались на них градом. В первое мгновение коты слегка ошалели, но уже в следующую секунду на головы, спины, лапы и хвосты кошечек полетели ответные шары. И это был уже не град, а снежковый ураган.

Сначала Лида и Беж ещё находили мгновения, чтобы нанести ответные удары, но вскоре этих мгновений просто не стало. По кошечкам был открыт шквальный огонь. Их сбивало с ног, переворачивало вверх ногами, закручивало вокруг оси. В конце концов, подруги обессилели настолько, что перестали сопротивляться. Они лежали в снегу обсыпанные и усыпанные снежками, нескончаемый поток которых продолжал лететь на них с небес.

Вдруг всё разом стихло. Лида и Беж разлепили запорошенные глаза. Сейчас из груды снега на мир смотрели две пары удивлённых глаз: зелёные и голубые. Неподалёку стояли те самые коты, с которыми так неосмотрительно начали снежную битву подруги. Они явно были довольны содеянным и, похоже, не собирались приходить на помощь двум снеговикам с кошачьей начинкой.

-Пожалуйста, помогите нам выбраться, — жалобно попросила Лида.

Но коты не обратили на её просьбу никакого внимания. Тут Лида услышала голос из соседнего сугроба:

-Мы, между прочим, не скоропортящиеся продукты, и незачем нас в холодильнике держать! Так что, все на раскопки и быстро!

Коты переглянулись.

-А что нам за это будет? – нахально спросили они.

-Новенький мобильный телефон «Мечта Крота», – опять услышала Лида голос Беж.

-Это ещё что такое? – фыркнул тот кот, что стоял поближе.

-Это суперновая модель, которая работает даже из-под земли, то есть в любых туннелях, а также в закрытых помещениях столстыми стенками.

-Загибаешь, — не поверил второй.

-Если бы, — стуча зубами, ответила Беж. – У меня уже ничего не загибается – окоченело.

Коты снова переглянулись и начали быстро копать. Скоро Лида и Беж были высвобождены из снежного плена, но длительное заточение в сугробе по самые уши всё ещё сказывалось – зуб на зуб не попадал.

-Ну, гони телефон, — потребовал тот, что покрупнее.

-Придётся подождать, — сказала Беж. – Он где-то там, — и она ткнула лапой в груду снега, оставшегося после раскопок. – Если вы мне поможете, мы его быстрее найдём. Я его всегда ношу на себе, а в битве он куда-то задевался. Небось, на самом дне этого снежного развала и лежит.

Коты оттолкнули кошечек и полезли ворошить снежные комья.

-Лида, бежим, — шепнула Беж подруге.

-Не надо, они тут же всё поймут, а бегают они точно быстрее нас, — спокойно ответила та.

-Я там ещё айпод потеряла, — вдруг расстроено сказала Лида.

-Какой гейм… — изумилась Беж, но тут же осеклась, увидев выражение лица подруги.

-Айпод? – спросил тот, что побольше. – Если мы его найдём, чур, будет наш.

-Ну уж дудки, — рассердилась Лида. – Мало вам мобильника, вам ещё и айпод подавай.

С этими словами она бросилась в снежную кучу и начала отчаянно копать. Поиски, понятное дело, не увенчались успехом.

Через полчаса невероятных усилий коты и кошечки прекратили напрасный труд.

-Лида, как же ты без айпода домой пойдёшь? – нарочито испуганно спросила Беж. – Что тётя Вида скажет?

-А как ты без мобильника вернёшься? – вторила ей Лида. – Тётя Оранж теперь больше никогда такой крутой тебе не купит. Всё равно спасибо за помощь в поисках, — как ни в чём не бывало обратилась она к изрядно уставшим котам.

-Получается, мы зря вас выкопали, — разозлились те.

-Да, хуже быть не может, — пропуская их слова мимо ушей, удручённо сказала Беж. – Ладно, Лида, теперь уж до весны. Снег растает, и всё найдётся. Пока, мальчики.

И опустив головы, подруги пошли прочь из двора.

-Эй, Рыжая, а где тебе такой мобильник купили? – крикнул им вдогонку один из котов.

-Мне от мамы достался, маме – от бабушки, а бабушке – от прадедушки, — объясняла Беж, выходя из двора и поворачивая за угол дома.

-Такой крутой мобильник, и от прадедушки достался? – и коты в недоумении переглянулись.

-Так никому же не достался. Как говорится, и от бабушки ушёл, и от прадедушки ушёл, а от вас, лопухов, мы и подавно убежим, — и повернувшись к пришедшей в ужас Лиде, она крикнула:

-Бежим!

Кошечки со всех ног ринулись к ближайшему подъезду, но дверь оказалась заперта. На их счастье, над дверью нависал широкий козырёк, а рядом стоял голый понурый тополь. Подруги стремглав вскарабкались по дереву и затаились в глубине козырька.

Через мгновение они услышали мягкое шуршание лап по снегу, то и дело сопровождающееся воинственным мяуканьем. Некоторое время они ещё слышали эти звуки, пока те не растворились вмонотонном шуме городской суеты.

Когда всё стихло, Лида сердито спросила:

-Зачем ты им проболталась?

-Да что-то мне их жалко стало – будут до весны двор перекапывать, бедолаги, — усмехнулась Беж.

-С каких это пор ты такая жалостливая стала? – удивилась Лида.

-С тех пор, как книгу начала читать, — улыбнулась Беж. – Я от этого думать стала больше и со временем раздобрела.

-Не раздобрела, а стала добрее, — поправила её Лида.

-А мне больше нравится говорить, что я раздобрела, — настаивала на своём Беж.

-Это верно, — с иронией сказала Лида, — ты и впрямь раздобрела в последние четыре месяца, только не от книги, а от вкусной еды. И говорят «я начала книги читать», а не «книгу читать».

-Может быть другие и читают книги, а я читаю только одну, зато от всей души читаю и перечитываю. Я же не виновата, что первая прочитанная мною книга оказалась самой лучшей.

Лида развела лапами, что означало, что она не в силах дальше спорить, и до дома кошечки добирались молча и, к счастью, котов не встретили.

Как теряют голос и измеряют температуру

На следующее утро Лида и Беж проснулись поздно. Солнце уже вовсю сияло за окном и поглядывало на подруг с укоризной.

-Беж, — позвала подругу Лида, – гляди, наверное, уже полдень. Что ж нас мамы не разбудили?

Откуда-то из-под одеяла раздался необычайно низкий голос Беж:

-Они же вчера сказали, что сегодня уедут по делам на целый день.

-А что с твоим голосом? – ужаснулась Лида. – Какой-то он не твой.

-Сама не пойму, — согласилась с тревогами подруги Беж. – Вот слушаю его и думаю, чей это голос раздаётся из моего рта? Может, мне его ночью подменили, — пыталась шутить Беж не своим голосом.

-Беж, ты, наверно простудилась, — предположила Лида.

-Я-то в порядке, а голос точно простыл, — пробасила Беж.

-Может, у тебя и температура есть? – заволновалась Лида.

-Только градусника нет. А раз нет градусника, то и температуры нет, — рассудительно заметила Беж. – Так что, пойдём, посмотрим, сколько в холодильнике мороженого осталось.

-Нисколько. Ты вчера после ужина всё съела, — укоризненно заметила Лида.

-Всё съела?! – захрипела Беж басом, — и ничего мне не оставила на сегодня?

-Беж, ты сама вчера всё съела, — ещё раз объяснила Лида.

-А почему ты меня не остановила? Зачем тогда друзья? Кто должен помогать в беде? – сердито басила Беж.

-Я как-то не заметила, что ты вчера была в беде. Скорее, ты была в еде, — рассердилась Лида. – Между прочим, ты и мне ничего не оставила, — обиженно добавила она.

-Вот видишь, чем оборачивается безразличие! – теперь уже пролаяла Беж, поскольку голос явно не хотел её слушаться. – Мы обе остались без мороженого, а я ещё и без голоса.

-Ну знаешь, — у Лиды даже начала подниматься шерсть на загривке. – Мало того, что ты вчера всё мороженое в одиночку слопала, ты ещё смеешь меня в этом обвинять?

-Лида, ты же знаешь, что, когда я вижу еду, а тем более такую умопомрачительную еду, как мороженое, я перестаю собой владеть.

-Это я давно заметила. И именно поэтому в такие моменты я тебя никогда не трогаю.

-А надо трогать! – воскликнула Беж таким басом, что Лида в испуге оглянулась, подумав, что в комнату вошёл кто-то третий.

-Обязательно надо тронуть, а ещё лучше похлопать по плечу или немножко потрясти, — продолжала наставления Беж.

-Хорошо, — сквозь зубы процедила Лида, — в следующий раз я тебя обязательно трону, а сейчас давай лечиться.

-Зачем мне лечиться? У меня же нет температуры, — возмутилась Беж.

-Я сейчас поставлю тебе градусник, и она у тебя появится, — терпеливо возразила Лида.

-Ты, что же, хочешь, чтобы я заболела, да ещё с высокой температурой? – выпучила глаза Беж.

-Ты уже заболела, а, если бы ты внимательно слушала, что говорит твой простуженный голос, у тебя бы и сомнения не осталось в том, что ты нездорова.

-Но я не хочу болеть. Давай, я буду молчать, и никто не узнает, что у меня простуженный голос.

-Беж, я всё равно не пойду с тобой сегодня на улицу, — и Лида демонстративно легла обратно на кровать.

-И я с тобой не пойду, — буркнула Беж, легко взлетела на форточку и уже хотела выпрыгнуть в окно, как вдруг пошатнулась и упала обратно в комнату.

-В чём дело? – сказал новый голос Беж, как будто борясь с чем-то или кем-то. – Почему я в комнате? Я же должна быть на улице!

-Беж, успокойся, и давай я помогу тебе лечь. Ты упала обратно, потому что у тебя закружилась голова. А голова закружилась, потому что у тебя, наверняка, высокая температура.

-Ну уж не выше меня! – запальчиво хрипнула Беж.

-Ляг, и я её померяю, — уговаривала подругу Лида.

-А ты положи её рядом со мной, и мерить будет не надо – сразу будет видно, кто из нас выше.

Лида в страхе посмотрела на Беж. Глаза у той были блестящие, как будто она вот-вот заплачет. Лида приложила лапу к покрасневшему носику сестры, нос был горячий и сухой.

-Беж, у тебя блестят глаза, и нос горячий и сухой.

-Это плохо или хорошо? – как-то мрачно спросила Беж.

-Это очень плохо. Тебе надо лежать, а ещё лучше спать.

Последнюю фразу Беж уже не услышала, так как глаза её как-то сами собой закрылись, и она забылась тяжёлым сном.

Шахматы на новый лад

Врач диагностировал ангину и приказал Беж по меньшей мере три дня сидеть дома и постоянно пить тёплые бульоны и клюквенный морс.

Самым ужасным было то, что на эти три дня кошечки запланировали кучу разных мероприятий. А теперь все планы рушились, и оставались только телевизор, видео, аудио, книги и настольные игры – компьютер на каникулы Вида отключала, впрочем Лида итак его не особенно жаловала.

-Давай играть в шахматы, — предложила Лида на второй день их заточения.

-Давай, — тут же согласилась Беж, — только я что-то подзабыла, как в них играют. Ты мне напомнишь?

Когда фигуры были расставлены, Лида, к своей досаде, обнаружила, что Беж так здорово подзабыла правила игры, что даже не помнит, как называются фигуры. И если коня она вспомнила сразу, то слона упорно называла «луковкой», ферзя «помпоном», а ладью «табуреточкой». Когда же Лида стала напоминать ей, как фигуры ходят, Беж очень рассердилась, узнав, что пешка ходит вперёд, а ест по диагонали.

-Какая неприятная фигура, — поморщилась она.

-А по-моему, она самая безобидная, — удивилась Лида.

-Все честно набрасываются на свою жертву, а эта исподтишка, — пояснила свою мысль Беж.

-Скорее уж конь – исподтишка, — возразила Лида.

-Не-е, конь не виноват. У него же хозяина нет. Вот он и ходит кругами – всё хозяина бедный ищет, а найти никак не может. Хотела бы я этому хозяину в глаза посмотреть – коня на поле битвы бросил, а сам сбежал.

-Беж, ты всё время отвлекаешься. Ты только что могла съесть моего слона, но прозевала.

-Во-первых, я не зевала – я сегодня выспалась. А во-вторых, где это видано, чтобы конь слона съел. Это никак невозможно, нельзя съесть что-то больше тебя самого.

-Вот тут я бы могла с тобой поспорить. Я даже знаю кое-кого с такими необыкновенными способностями, — хихикнула Лида. – К тому же, я не собираюсь мудрствовать, и сейчасмой слон с удовольствием слопает твоего второго коня.

-И пусть лопает. Слонам надо хорошо питаться – они во-он какие большие, — невозмутимо

сказала Беж.

-Странно, — задумчиво протянула Лида.

-Что странно? – недовольно поинтересовалась Беж.

-Странно, что тебя не удивило, что слон может съесть коня. Слоны ведь конями не питаются, — подтрунивала над подругой Лида.

-А кто это может знать наверняка? Вот если б ты годик со стадом пожила, знала бы, что такое засуха и многодневные переходы по выжженной солнцем земле без единой травинки в поисках воды и еды, тогда другое дело. А так говорить, знаешь, легко. А ты представь себе, что ты уставший от жажды и голода слон, а навстречу тебе скачет глупый сытый конь.

-Почему ж это он глупый? – встала на защиту коней Лида.

-Потому что, зачем же скакать навстречу слонам, если ты конь. Надо всегда своей породы держаться. Так вот, ты голодна и ужасно от этого злишься, а навстречу тебе весёлый сытый конь. Что ты почувствуешь? – и Беж с надеждой взглянула на Лиду.

-Понятия не имею, — пожала плечами Лида.

-Ты сейчас сыта, и жажда тебя не мучает, поэтому ты понятия не имеешь, а голодные злые животные всегда понятие имеют.

-Беж, — недовольно прервала подругу Лида, — мы с тобой в шахматы играем или изучаем повадки коней и слонов?

-Мы совмещаем неприятное с полезным, — ответила Беж.

-Неприятное – это, конечно, игра в шахматы, — обиделась Лида.

-Ну что ты обижаешься, — примирительно сказала её кузина, — видно, шахматы не лучшее лекарство от ангины. Давай в слова поиграем или в города.

Лиде ничего не оставалось, кроме как согласиться. К счастью, вскоре наступило время ужина, и никто так и не узнал, как играть с Беж в слова или в города.

Разговор на лестничной клетке

Хоть и медленно, но три дня заточения подошли к концу, и Беж, укутанной с головы до пят в самые тёплые вещи, было дозволено выйти во двор на полчаса.

-Ну и дела, — ворчала Беж, — полчаса одеваться, чтобы полчаса погулять, а потом ещё полчаса раздеваться.

-Завтра пойдём на час, — пыталась утешить её Лида.

-До завтра ещё дожить надо, — буркнула Беж.

-Беж, я надеюсь, ты не собираешься всю прогулку бурчать.

-Если ты придумаешь, что может кошка, завёрнутая в такое количество тряпок, делать на улице, я приду в благодушное настроение, — заверила подругу Беж.

Лида озадаченно её осмотрела.

-Можем просто посидеть на скамеечке и поболтать, — неуверенно сказала она, понимая, что Беж будет чрезвычайно тяжело двигать лапами и головой в её заботливом одеянии.

-И это всё, что ты можешь мне предложить? Мне — энергичной, весёлой, молодой кошечке? – и Беж укоризненно посмотрела на подругу. – Вот когда у нас с тобой выпадут все зубы, и мы будем еле передвигаться, тогда будем болтать, сидя на скамеечке, и вспоминать нашу бурную юность. А пока…

Тут Беж резко выпрямилась и, гордо подняв голову и хвост, прошествовала к двери, открыла её и, не обернувшись на Лиду, побежала вниз по ступенькам, как будто на ней не было ничего, кроме шерсти. Такие самоуверенность и безрассудство немедленно были наказаны. Не успев спуститься и на пол пролёта, Беж оступилась и покатилась вниз по лестнице, набирая обороты и подскакивая на каждой ступеньке. Лида, в ужасе от такого экстремального спуска, бросилась вниз вслед за кузиной.

Когда она поравнялась с лежавшей на площадке между этажами Беж и, опасаясь чего-нибудь ужасного, заглянула ей в мордочку, то увидела, что та расплылась в блаженной улыбке.

-Беж, с тобой всё в порядке? – ничего не понимая, спросила Лида.

-Нет, ещё не всё, — мечтательно ответила та. – Подкати-ка меня к следующему пролёту и подтолкни.

Лида от изумления выпучила глаза.

-Ты предлагаешь мне спустить тебя с лестницы? – воскликнула она.

-А что тут такого? – нетерпеливо откликнулась Беж. – Это же крутой экстрим! Кроме того, я просто не вижу другой возможности оказаться на улице, не снимая всего этого, — она мотнула мордочкой на своё одеяние.

-Беж, я не могу выполнить твою просьбу. Тем более, что то, что ты цела после первого пролёта, вовсе не означает, что ты будешь мне улыбаться после второго. А если ты переломаешь себе кости?

-Хорошо, тогда присаживайся рядышком и будем полчаса болтать, — с вызовом сказала Беж.

-Беж, перестань, давай я помогу тебе встать, и мы вместе доберёмся до лифта.

-Ехать на лифте, когда можно скатиться с лестницы, всё равно, что есть кислую сметану, когда можно отведать взбитые с сахаром сливки, — недовольно сказала Беж.

-Возможно, ты права, — ехидно заметила Лида. – Тем более, что после спуска ты будешь взбитой с пылью кошкой.

-У вас что, лестницы в подъезде не моют? – в некотором размышлении спросила Беж.

-Моют-то их один раз в день, а ходят по ним с утра до вечера, — ухватилась за спасительную соломинку Лида.

-И напрасно ходят. Если б ездили все, как я, то и мыть было бы не надо, — с досадой сказала Беж.

-Зато одежду пришлось бы каждый день стирать.

-А что её стирать в наше-то время, — хмыкнула Беж. – Бросил в стиральную машину и через час-два вынул, как новенькую.

-Знаем-знаем. Твоя мама вынула, повесила сушить, а потом ещё и погладила, — пристыдила подругу Лида.

-Понятно, что мама, — как ни в чём не бывало согласилась Беж. – Ещё не изобрели машину, которая бы вешала выстиранное бельё, вовремя снимала и гладила. Ничего, — вдруг приободрилась она, — сейчас всё так быстро меняется. Скоро и такую машину придумают, и маме совсем будет нечего делать. Лида, — обратилась она вдруг к кузине, — а ты бы какую машину хотела иметь? Что бы ты хотела, чтобы она за тебя делала?

-Мыла, расчёсывала и сушила, — тут же выпалила Лида.

-Я тебя понимаю, — кивнула головой Беж, покосившись на густой дымчатый мех кузины. – А я бы хотела такую машину, которая бы застилала мою постель, делала зарядку и уроки.

-А что бы сталось с твоими головой и телом? – с укоризной спросила Лида.

-Они бы отдыхали и развлекались. Я, вообще, считаю, что голову нагружать вредно. Чем больше в ней знаний, тем тяжелее её носить.

-Тогда вскоре все бы предпочли общаться с твоей умной подтянутой машиной, а тебя бы, с твоей пустой головой и хилым телом, все просто забыли.

-Ну ты-то меня бы не забыла? – как-то уж очень серьёзно спросила Беж. – Ведь ты меня будешь любить всегда? – и Беж замерла в ожидании ответа.

-Да, именно поэтому я сломаю твою машину, как только она у тебя появится, — невозмутимо ответила Лида.

-Вот она, подруга! – воскликнула Беж и многозначительно вытянула лапу. – На беду я встретила тебя на своём жизненном пути! У тебя нет сердца. Вы с дровосеком братья по несчастью, — Беж наморщила лобик, — или сёстры.

-Беж, не напрягайся. Я уже поняла, что тебе вредно слишком много думать. Чем больше ты думаешь, тем больше у тебя возникает странных идей. Да и чтение тебе впрок не пошло. Там все положительные герои трудолюбивые, а ты…

-Надо же кому-то быть и отрицательным героем, а то уж больно скучно жить становится.

-Отрицательным быть не надо, а проще, — покачала головой Лида.- Давай-ка, героиня, сделай над собой усилие и подними своё, пока ещё не хилое, тело, — почти приказала она, протягивая Беж лапу.

-А как же новый городской экстремальный вид спорта? – уныло протянула Беж. – Ты просто мне завидуешь! Тебе-то не пришло в голову одеться поплотнее и скатиться с лестницы.

-Беж, но и тебе, к счастью, это не пришло в голову. Так распорядилась лестница. А значит, ещё не всё так плохо с твоей головой, — успокоила она подругу. – Пойдём вызывать лифт.

Оказавшись на улице, кошечки всё-таки придумали, чем им заняться. Беж было тяжело ходить, зато – мягко падать. Поэтому Лида бомбардировала её снежками, а та увёртывалась, как могла, пока не падала в снег. Лида снова устанавливала живую мишень на лапы, и обстрел продолжался.

Через полчаса кошечки возвращались домой в приподнятом настроении. У Беж оно приподнялось настолько, что выглядывало из сияющих глаз и расплывалось в широкой улыбке.

Прогулка удалась, несмотря на не очень многообещающее начало.

Мечты о будущем

Вечером того же дня Беж и Лида сидели на диване и смотрели мультик.

-Везёт же всем этим зверюшкам, — с завистью сказала Беж.

-Не скажи, — покачала головой Лида. – Смотри, в какие переделки они попадают.

-Ну и что, — возразила Беж. – Это же приключения, самое интересное, что может быть в жизни!

-И самое опасное, — добавила Лида.

-Ну и пусть, — опять возразила Беж. – Всё равно, всё всегда хорошо кончается.

-Это в мультиках всё хорошо кончается, а в жизни бывают и страшные концы.

-А я обязательно, когда вырасту, отправлюсь в какое-нибудь опасное путешествие, — мечтательно сказала Беж.

-Одна? – удивилась Лида.

-Почему одна? – обиделась Беж, — с другом.

-С каким таким другом? – изумилась Лида, которая никогда не слышала о нём от Беж.

-Откуда я знаю, с каким, — буркнула та. – Вот вырасту, стану красивой кошкой, и в меня влюбится большой сильный рыжий кот…

-А почему обязательно рыжий? – перебила подругу Лида.

-Надо поддерживать породу. Я – рыжая, он – рыжий, значит, и дети у нас будут рыжие.

-Странно, что для тебя это так важно, — задумчиво проговорила Лида.

-Что ж тут странного? Вот ты серенькая, выйдешь замуж за белого кота, и будут у вас дети в линеечку или в клеточку, ни в маму, ни в папу.

-Но это же будут наши дети! Какая нам будет разница, какого они цвета? Мы будем их любить независимо от их окраски.

Беж надолго задумалась.

-Может, ты и права, — наконец изрекла она, — главное, чтобы без пропеллера и с хорошим аппетитом.

-О последнем не беспокойся, — усмехнулась Лида, — они обязательно будут в маму!

-Нет уж, пусть лучше будут в папу, — нахмурилась Беж.

-Это почему же? – изумилась Лида.

-Ругать легче. Вот мне, например, если я какую шалость или нелепость выкину, мама всегда говорит: «Ну просто вылитый отец!» — А если они на меня будут похожи, что я им скажу?

-А может, тебе их и ругать не придётся. Может, они будут послушные и аккуратные, — предположила Лида.

-Кто!? – вскинулась вдруг Беж. – Мои котята? Ну ты и скажешь! Нет уж! Мои котята обязательно будут непослушные и неряшливые.

-Хорошо-хорошо, — успокоила её Лида, — не волнуйся ты так. Они обязательно будут страшными шалунами и грязнулями.

-То-то же, а то как же я им буду себя в пример ставить? Ведь родители всегда должны подавать пример.

-Это да, — даже примерно не представляя, какой именно пример может кому-либо подавать Беж, растерянно протянула Лида.

-И не один, — добавила вдруг Беж.

-Кто не один? – в задумчивости не сразу поняла Лида.

-Пример не один, как ты не понимаешь? Много примеров надо подавать, ой как много! И главное, все они должны быть хорошими, а это совсем не просто! – и Беж со знанием дела растянулась на полу.

-И какие же хорошие примеры ты можешь подать своим детям? – лукаво взглянув на подругу, спросила Лида.

-Как быстро достать из холодильника много еды – это раз, как быстро её съесть – это два, как уложить после еды свой животик, чтобы он не болел – это три. Целых три примера! – и довольная собой, Беж гордо выпятила грудь.

-Да Беж, боюсь, твои дети быстро составят тебе конкуренцию по добыванию еды из холодильника и съеданию её в короткие сроки. А кто будет заниматься доставкой еды на дом?

-Наш папа, конечно! Кто же ещё? Наша надежда и опора, наш добытчик! А иначе, зачем мне, вообще, муж?

Лида от удивления открыла рот.

-Я, честно сказать, думала, что замуж выходят не для того, чтобы всегда иметь полный холодильник еды, — сказала она.

-Ну почему, можно ещё телевизор вместе смотреть, а лучше два телевизора, а то вдруг у нас будут разные вкусы, как с тобой.

-А как же любовь? – безнадёжно проговорила Лида.

-Любовь, Лида, как говорят умные люди, всё время должна чем-нибудь подкрепляться. А чем же ей, бедной, подкрепиться, если в холодильнике пусто? – очень серьёзно сказала Беж.

Лида не нашлась, что ответить. Да и стоило ли спорить? В конце концов, им ещё слишком рано думать о замужестве, да и изменить Беж под силу разве что самой Беж. Лида, в который уже раз, задалась вопросом, как могла Беж стать её близкой подругой притом, что они такие разные? И в который раз не нашла ответа. Да и какая разница? Беж ей нравилась и точка.

В кино

Новый день нахмурился в окне серым дождливым небом. Оттепель зимой, что может быть хуже?

Беж лениво потянулась в постели и изрекла:

-Купаться в лужах зимой – дело тюленей.

-Моржей, — поправила её Лида. – Они ныряют в проруби, — добавила она.

-А зачем они это делают? Это ведь очень холодно, — поинтересовалась Беж.

-Я не знаю наверняка. Говорят, у них от этого очень крепкое здоровье. Они никогда ничем не болеют, — ответила Лида.

-Правильно, у них и не может ничего болеть – всё давно отмёрзло, — согласилась Беж. – Впрочем, я и не собиралась становиться моржом, я хотела предложить пойти в кино.

-Хорошая идея. В такой слякотный день в самый раз идти в кино, — согласилась Лида.

И кошечки отправились в ближайший кинотеатр. Там шёл «Стюарт Литтл».

-Это про мышонка, — поведала подруге Лида.

-Ты же знаешь, что я мышей видеть не могу, — заныла Беж.

-Во-первых, это говорящий мышонок, а во-вторых, там действует и кот по имени «Снежный колокольчик». Его так зовут, потому что он весь белый и с колокольчиком на шее.

-Так это же наша директор – она бегает по коридорам школы с колокольчиком на шее.

-Это зачем? – не поняла Лида.

-Звонок на перемену и на урок, — пояснила Беж.

-А у нас электрический звонок, и никто по коридорам не бегает, — недоумённо пожала плечами Лида.

-Это традиция нашей школы-пансиона, — с гордостью изрекла Беж. – Во все времена все директора нашей школы именно так оповещали учеников о начале и конце перемены. Этот колокольчик передаётся от директора к директору. Есть даже церемония его вручения.

-А она не устаёт? – пожалела директора Лида.

-Кто? Наша директриса? Она не устаёт – она ещё совсем молодая. Я, когда вырасту, тоже стану директрисой, — вдруг поведала Беж о своей заветной мечте.

-Ты же говорила, что собираешься путешествовать со своим другом, — напомнила Лида.

-Одно другому не мешает, — резонно заметила Беж. – Вот наша директриса, в свободное от колокольчика и других дел время, тоже, наверняка, путешествует с кем-нибудь.

-Почему ты так думаешь? – поинтересовалась Лида.

-Она же географию преподаёт, про разные страны много знает. Я даже удивляюсь, как она за свою короткую жизнь могла успеть столько напутешествовать.

-Так может, она просто много читает? – предположила Лида.

-Даже если так, это ей не помогает, — отрезала Беж, — потому что у неё беспамятство.

-Что-что? – переспросила Лида.

-Плохая память, — буркнула Беж.

-А, склероз, — догадалась Лида.

-А это кто такой? – удивилась Беж.

-Это не кто такой, а кто такая. Склероз и есть плохая память, — пояснила Лида.

-Неприятное слово какое, — поморщилась Беж.

-Так и болезнь неприятная, — согласилась Лида.

-Зачем же неприятную болезнь ещё и неприятным словом называть? Тебе и так плохо, а тебя ещё и страшным словом пугают.

-Так ты говорила, что у Вашей директрисы склероз, — напомнила Лида отвлекшейся от темы Беж.

-Так и есть. Она каждый урок начинает с того, что говорит: «А напомните-ка мне, о чём ярассказывала вам на прошлом уроке». Или: «Кто напомнит мне, где расположена Австралия на карте мира?»

-Ну и что, вы напоминаете? – с интересом спросила Лида.

-Кто как. Если она вызывает меня, то я тоже прикидываюсь больной склерозом и говорю:

«Знаете, Белинда Кареоковна, я что-то тоже не помню. Можно мне сначала Пятныш напомнит, а потом я напомню Вам?»

-А кто такой Пятныш?

-Это мой одноклассник. Он всегда всё знает, даже скучно как-то, — фыркнула Беж. — И, вообще, хватит о школе. Мы вроде в кино шли на мою директрису посмотреть.

-Вряд ли в фильме играет ваша директор – он довольно старый, а директор у вас молодая. Да и Снежный колокольчик – кот, а не кошка, тут сомнений быть не может.

-И всё же… — Беж подмигнула Лиде. – Пойдём, посмотрим.

Они купили билеты, по стаканчику попкорна и расположились на своих местах.

Когда на экране появился Снежный колокольчик, Беж вся подалась вперёд и стала пристально в него всматриваться.

-Ну что, теперь ты видишь, что это кот? – шепнула ей Лида.

-Когда наша директриса вызывает нас к себе в кабинет, чтобы выяснить, кто съел несколько сосисок при раздаче завтраков, у неё бывает точно такая же мордочка, — шепнула ей в ответ Беж.

-Беж, перестань, ты только послушай, какой низкий у него голос.

-Когда наша директриса спрашивает, кто подложил Ваське Тишковичу дохлую мышку в портфель, голос у неё бывает ещё ниже.

Не найдя новых аргументов, Лида вскоре отчаялась доказать Беж, что в фильме действует обыкновенный белый кот, а не директор школы-пансиона, в кабинете которой Беж, судя по всему, приходилось бывать довольно часто. К тому же, вскоре на них начали шикать со всех сторон, и кошечки вынуждены были прекратить всякие обсуждения и, наконец, начали смотреть фильм, который оказался очень даже интересным и забавным.

Не всё так просто, как кажется, или не испорченный день рождения

Сегодня был день рождения Оранж и предпоследний день каникул. Этот день решено было провести всем вместе. Сначала было решили идти в зоопарк, поскольку Лида ещё летом обещала Беж показать, как чувствуют себя животные в просторных вольерах их доброго зоопарка. Но мамам удалось разубедить дочерей, напомнив, что зимой животные, как правило, прячутся в специальных зимних помещениях от стужи. А день, как назло, выдался очень холодный.

Тогда было решено пойти в цирк в надежде, что у входа удастся купить с рук лишние билетики.

План удался, и вскоре все четверо сидели ни где-нибудь, а в первом ряду, предвкушая незабываемое зрелище.

Первыми выступали воздушные акробаты.

-Что вытворяют! – то и дело восклицала Оранж, взмахивая лапами.

Лида заворожено следила за трюками на арене, когда вдруг почувствовала пустоту справа от себя, как раз на том самом месте, где ещё недавно сидела Беж.

-Мам, — тихо позвала она Виду. – Беж куда-то делась. Только не говори тёте Оранж.

Вида взглянула на пустое место возле Лиды, затем метнула быстрый взгляд на Оранж, но та, казалось, была целиком поглощена захватывающим зрелищем, разворачивающимся на арене.

-Лида, — шепнула она дочери, — давай тихонько поменяемся местами, чтобы Оранж не почувствовала, что рядом с ней пусто, а я пойду поищу Беж.

Так они и сделали. Вида неслышно пробралась к проходу. Сначала она окинула пристальным взглядом ближние ряды, потом проход и, наконец, заглянула в коридор, ведший вглубь цирка за кулисы. Она сделала это как раз вовремя, чтобы успеть заметить не сравнимый ни с чьим другим пушистый рыжий хвост, торчавший из большой коробки. Беж там явно была не одна, и Вида догадалась, что она примкнула к группе цирковых кошек.

Первым побуждением было, невзирая на все препоны, добраться до шкодницы и выудить её из коробки. Вида тут же нарисовала в своём воображении мрачную картину последствий таких действий. Оранж разгневается и уведёт Беж из цирка, а с ними придётся уйти и им с Лидой. Перспектива испорченного вечера, да ещё в день рождения Оранж, совсем не привлекала. И тогда Вида решила, будь, что будет. Ведь Беж сейчас в коробке с кошками, а не с собаками. «Хорошо ещё, что здесь не стояла клетка с дрессированными мышами», — усмехнулась про себя Вида.

Она тихонько вернулась на место и, подмигнув Лиде, также незаметно, как и в первый раз, поменялась с ней местами.

Лида поняла, что мама нашла Беж, но по какой-то веской причине не привела её на место. «Значит, так надо», — подумала послушная и не привыкшая лезть к взрослым с расспросами дочь.

Тем временем воздушные акробаты закончили своё духозахватывающее выступление, и конферансье пригласил на арену волшебную коробку. Четверо огромных котов выкатили её из-за кулис. Стенки узорчатой коробки вдруг раскинулись на четыре стороны, и все увидели трёх стройных хорошеньких кошечек, стоявших в её центре, а чуть позади них — толстую рыжую кошку. Она выглядела так несуразно в этой компании, что некоторые из зрителей прыснули от смеха. Перед каждой из трёх кошечек лежала внушительная стопка разноцветных обручей. Они встали на задние лапки и под заводную музыку начали надевать их на себя, грациозно раскручивая. Несмотря на стремительность, с которой это делалось, рыжая толстушка успела-таки схватить по одному обручу из каждой кучки. Она начала раскручивать один из них на лапе, но он сорвался и, пролетев небольшое расстояние, зацепился за голову конферансье и лихо закружился у него на шее.

Расстроенная Беж, а это была именно она, закрутила второй обруч вокруг ног, пытаясь поднять его до того места, где у некоторых располагается талия, но, так и не дойдя до талии, обруч поселился на развесистом животе, плотно его окольцевав. Как Беж ни старалась его снять, ничего из этого не вышло.

Тем временем три настоящие артистки начали жонглировать обручами, высоко подбрасывая их над головой. Не желавшая отставать Беж раскрутила на лапе последний в её распоряжении обруч и изо всех сил запустила его вверх. Тот, описав непонятную траекторию, приземлился прямо на макушку широко улыбавшейся Беж. Улыбка слетела с её лица вместе с отскочившим обручем, а зрители просто покатились со смеху.

Затаив дыхание, Вида следила за трясущейся от смеха Оранж.

-Ой, мамочки, — причитала та, в очередной раз заходясь от хохота. – Ну хороша! Беж! – вдруг вскрикнула она сквозь слёзы смеха, — а как она издали на тебя похожа! Только потолще, а так вылитая ты!

Но не услышав ответа дочери, Оранж впервые бросила взгляд на место правее Лиды и, к своему удивлению, не обнаружила там Беж.

-А где Беж? – недоумённо обратилась она к Виде и Лиде. Те заёрзали на своих местах и как-то неуверенно пожали плечами, потупив взор.

-Я ничего не понимаю! – теперь уже вскричала Оранж. – Вы что, давно заметили, что её нет, и ничего мне не сказали?

Вида и Лида продолжали сидеть, как провинившиеся дети, не смея поднять на неё глаз.

-Так вы знаете, где она! – догадалась Оранж. – И где же? Вышла?

Дольше молчать было невозможно.

-Вышла, — ответила Вида, — на арену цирка.

Оранж наморщила лоб, пытаясь понять шутку сестры. Затем она перевела свой недоумевающий взгляд на рыжую толстушку, выкрутасничавшую на арене, и на этот раз очень пристально в неё вгляделась.

Беж, тем временем, разыскала глазами свою маму в первом ряду и начала ей отчаянно махать, посылая один за другим воздушные поцелуи.

-Не может быть, — пролепетала Оранж, — эта рыжая толстушка… — но не закончив фразу, она упала в обморок.

Оправившийся от первого шока конферансье вывел Беж с арены под оглушительный хохот зрительного зала. Пока он с ней грозно разговаривал, подоспела Вида и, рассыпаясь в извинениях, забрала незадачливую племянницу и усадила на место.

Тем временем Оранж пришла в себя. Сначала она обвела всё и всех ничего не понимающим взглядом и, наконец, уставилась на Беж.

-Ты здесь? – медленно проговорила она.

-Конечно, — невозмутимо ответила та.

-Как ты посмела сотворить такое!? – воскликнула Оранж, к которой из памяти вернулся недавний кошмар.

-О чём ты, сестра? – спокойно спросила Вида.

-О той толстой рыжей клоунессе, которая швырялась обручами.

-Никакой рыжей клоунессы не было, — сказала Вида, незаметно для Оранж, но заметно для Лиды и Беж, скрестив пальцы на правой лапе.

-Как это не было?! – вскричала Оранж так громко, что на неё залаяла дрессированная собачка, выступавшая в это время на арене.

-Тише, — попросила Вида, — ты пугаешь артистов. Оранж, — продолжила она, — извини, но последние полчаса ты крепко спала. За это время выступили только наездники на собаках, и жонглёры с булавами.

-Ты хочешь сказать, что мне это всё приснилось? – с большим сомнением в голосе сказала Оранж. – Или вы все сговорились? – она прищурилась и одного за другим просверлила взглядом всех родственников. Но те смотрели на неё невинными глазами.

-Дожила, — подавленно пробормотала Оранж, — не могу отличить сон от яви.

-У меня тоже такое бывает, — успокоила её Вида.

-И у меня.

-И у меня, — подхватили Беж и Лида.

Вида, незаметно для Оранж, погрозила им пальцем, и они примолкли.

Представление продолжалось, и облегчённо вздохнув, кто вслух, кто про себя, все вновь устремили взоры на происходящее на арене.

Когда через некоторое время Вида услышала безмятежный хохот сестры, она поняла, что опасность окончательно миновала.

На встречу летним каникулам!

Просыпаться было грустно. Вставать и вовсе не хотелось. Беж казалось, что, чем медленнее она будет всё делать, тем позже наступит неотвратимый момент расставания.

-Лида, почему всё всегда кончается? – задала она подруге философский вопрос.

-Наверно потому, что всё когда-то начинается, — задумчиво сказала Лида.- Представляешь, если бы всё, что начинается, никогда бы не заканчивалось? Уже и начинаться было бы некуда – всё было бы занято другими начинаниями.

Беж устало посмотрела на сестру – ей сейчас меньше всего хотелось напрягать свою голову, а ответ Лиды явно требовал именно этого.

-Лида, а попроще никак нельзя? – попросила она, когда они уже шли по коридору на кухню.

-Можно, — согласилась та, — представь себе, что ты начала учиться в школе, но никогда не закончишь, и все кошки так же. Куда будут приходить новые ученики? Все школы будут забиты старичками и старушками, классов хватать не будет и учителей – тоже. А кто будет работать, если все будут всё время учиться в школе?

Беж довольно заулыбалась.

-Это хорошо, что мы обязательно закончим учиться, — промурлыкала она.

-Нет, учиться мы будем всю жизнь, — пылко возразила Лида. – Вот моему папе восемь лет, а он всё учится!

От такой новости Беж остановилась, как вкопанная, и у неё задёргалось правое веко.

-То есть, ты в маму пошла, — поспешила она объяснить самой себе этот удивительный факт. – И сколько же раз твой папа оставался на второй год?

-Папа отлично учился в школе, только он говорит, что, если хочешь как следует делать своё дело, уважать себя и быть полезным другим, учиться приходиться всю жизнь.

-Тогда я согласна быть бесполезной, — тут же нашлась Беж, но, заметив укор во взгляде сестры, добавила, – для разнообразия.

-Во-первых, все лентяи однообразны, а во-вторых, не пытайся всё время казаться хуже, чем ты есть, — сказала Лида, входя в кухню.

-Есть, есть и ещё раз есть! – вскричала Беж, глядя на кухонный стол, заставленный всевозможными яствами и напитками. – И, конечно, запивать, — тут же добавила она. – Это помогает пищеварению.

На кухне суетились обе мамы.

-Садитесь за прощальный завтрак, — вздохнув, сказала Оранж и тут же пожалела об этом, заметив, как помрачнела мордочка её дочери.

-Не люблю это слово, — пробурчала та, — какое-то оно траурное.

-Брось, Беж, — сказала Лида, — сегодня прощальный, а завтра встречальный. Ты же пригласишь меня летом к себе? – лукаво улыбнулась она.

-Только это и утешает, — очень серьёзно ответила Беж.

Позже, когда они уже стояли на автобусной остановке, Беж тихо сказала Лиде:

-А Пушинка твоя ничего. Только ты меня не забывай.

-Тебя невозможно забыть, — улыбнулась Лида. – Ты самое яркое впечатление в моей жизни. Ни с кем я не попадаю во столько историй, и ни с кем мне не бывает так весело, как с тобой. Кстати, Пушинке ты тоже очень понравилась.

-Это потому, что она близко меня не знает, — засмущалась Беж.

-Знала бы ближе, полюбила бы ещё больше, — заверила её Лида.

К остановке подкатил автобус-разлучник, и Оранж и Беж легко в него запрыгнули. Двери закрылись, и автобус повёз маму с дочкой домой.

Сейчас Беж не было так грустно, как летом – она точно знала, что через какие-то четыре-пять месяцев снова увидит Лиду. Так что, можно было сказать, что она ехала навстречу летним каникулам. И это всё меняло!

23:42
RSS
15:25
Здравствуйте, Юлия!
Спасибо за присланную повесть. Всё сделано очень хорошо, очень профессионально. Чуть больше юмора по сравнению с первой Вашей повестью о кошках, в той больше лиризма. Но и то и другое нравится читателям. Очень интересный мир кошек. Я думаю, что девочки-читательницы будут в восторге от всех этих историй. Они обычно шлют множество рассказов о своих кошках в журнал — очень их любят. Можете смело отправлять повести в любые редакции, и если будет отказ, не принимайте это на счёт Вашего произведения, значит какие-то обстоятельства не позволяют редакции взяться за книжку. Но в конце концов какой-нибудь умный и дальновидный издатель выпустит эту книжку, я уверен.
Я опубликую Вашу повесть на сайте журнала «Искорка» дам ссылку-рекламку на неё в наших группах в интернете.
Всего Вам самого доброго!
18:18
Здравствуйте, Юрий!
Спасибо Вам огромное за то, что прочитали! Мне очень приятно читать Ваши добрые слова! Буду ждать и надеяться, что они когда-нибудь материализуются!
С уважением и благодарностью,
Юлия