Вход через сервисы (после авторизации обновите страницу)

Рубрикатор заявок на публикацию в журналы

Джим


Он родился в крещенские морозы. Холод пронизывал его от ушей до самогохвостика. Так же, как девять других щенков, дрожа всем своим существом, малыш жалсяк матери в поисках тепла.

Утром в вольер, где держали собак, пришел сторож Макар – пожилой человекс добрым морщинистым лицом. Он открыл дверь загона и подошел к Берте –кавказской овчарке темно-палевого окраса. Макар на минуту склонился над собакойи, выругавшись, крикнул в приоткрытую дверь:

– Игорь, скорее сюда! Щенки замерзли.

Вошел коренастый мужчина в сером камуфляжном костюме. Вместе онипринялись выносить мертвых щенков. Берта поскуливала, глядя на мужчин,отнимающих детенышей.

– Эти, похоже, живы, – буркнул Игорь, указывая на два еле дышащих серыхкомочка.

– Повезло, – вполголоса произнес Макар. – Надо отнести в теплый бокс, ато подохнут.

Щенков вместе с матерью переместили в находящийся рядом с вольером отапливаемыйсклад. Там для животных соорудили лежанку из деревянного ящика и старогобушлата.

Спустя неделю сторож обнаружил, что один из выживших щенков слепой.Несчастного пришлось усыпить. Так из десяти детенышей в живых остался один. Онбыл очень слаб и подтаскивал за собой заднюю лапу – сказался лютый мороз.

Щенка назвали Джимом. Когда он немного подрос, то стал похож на маленькийпуховый шарик. И только грустные, слегка раскосые глаза, выдавали в нем живоесущество.

Как только малыш смог достаточно хорошо передвигаться, его стали выводитьна улицу. Каждое утро Макар привязывал Джима у своей сторожки и лишь под вечерзаводил обратно.

Джим сидел на снегу и глазел на солнечные блики, птиц, снующих туда-сюдапрохожих. Особенно ему было любопытно наблюдать за последними. Они ходили, размахивалируками, что-то кричали. Иногда подзывали его. Но он никогда не подходил. Лишькосо поглядывал своими грустными глазами. Нет, щенок не был трусом. Таквыражалось его недоверие к людям, возникшее от одиночества. Два с половиной месяцаон провел взаперти на пыльном складе. Даже Берту перевели к сторожевым собакам,едва малыш научился самостоятельно есть. Единственным, кто навещал его, был сторожМакар.

Однажды, когда утреннее солнце, еще холодное, но уже по-весеннему яркое,освещало площадку, на которой находился щенок, в ворота склада заехала большаячерная машина. Из нее вышел одетый в коричневую дубленку мужчина средних лет.Он уже направился к двери сторожки, как вдруг заметил щенка. Мужчина подошел кнему, наклонился и грубо потрепал за уши. Джим вырвался, хотел отбежать всторону, но вместо этого плюхнулся набок. Некогда больная лапа дала о себезнать. Мужчина усмехнулся. Дверь сторожки распахнулась, из нее вышел Макар.

– Макар, что за дохляк у тебя растет? – показывая на щенка, сказалчеловек в дубленке.

– Здорово, Семен Петрович, – поприветствовал гостя Макар. – Он еще малсовсем, окрепнет.

Семен Петрович был владельцем склада. Этого сурового мужчину с жесткимвзглядом серых, почти стальных глаз, боялись все подчиненные. Вспыльчивого  хозяина ожидали с опаской.

– Смотри, Макар, – покачивая головой, сказал Семен Петрович. – Через двенедели приеду, погляжу. Если останется таким же хилым, надо с ним кончать. Сампонимаешь, у нас и на здоровых собак денег нет, а на больных и подавно. Ну, все,идем, холодно стоять.

Они ушли.

Джим поднялся на лапы и отряхнулся от снега. Ему не понравился этот строгийчеловек. И то, как он грубо к нему прикоснулся, и как громко разговаривал, –все внушало неприязнь. Но сил у щенка было слишком мало, чтобы ответить.

Позже, когда Семен Петрович уехал, к Джиму подошел Макар.

– Ну, что, друг, – с грустью произнес сторож. – Ты слышал, что хозяинсказал? Надо набираться сил.

Щенок завилял хвостом, будто соглашаясь с тем, что сказал сторож.

– Ну, так-то лучше. – Макар погладил его по голове.

Прошла неделя, за ней другая. Джим заметно окреп. Он уже твердо стоял налапах и даже бегал по площадке, где, как обычно, был привязан. Ждали приездаСемена Петровича. Макар нервничал. За то время, что провел со щенком, он успелк нему привязаться. В течение дня сторож несколько раз выходил на улицу и стревогой поглядывал на питомца. Он очень боялся, что хозяин забракует щенка. Апричина для волнения была – на правом глазу у Джима обнаружили завертывание века.Его возили к ветеринару, где сделали операцию. Глаз заживал, но еще слезился.Вот почему сторож так переживал.

После обеда приехал Семен Петрович. Не успел мужчина выйти из машины, какстолкнулся с Макаром, который, как ошпаренный, выскочил из сторожки.

– Семен Петрович, я вас жду, проходите, – выпалил он.

– Это хорошо, когда тебя ждут, – польщенный таким вниманием, откликнулсяСемен Петрович.

Он уже собрался войти в приоткрытую дверь сторожки, но тут остановился.

– Погоди, как там щенок?

Макар надеялся, что хозяин не вспомнит про Джима.

– Джим, – тихо позвал он.

Джим вышел из-за угла и с удивлением посмотрел на сторожа раскосымиглазами. Семен Петрович решил подойти к нему поближе. Мужчина сделал два шага,и в этот момент Джим залаял. Впервые в жизни. Щенок вспомнил этого неприятногочеловека и решил, что не даст себя в обиду.

– Ого, да ты храбрец! – рассмеялся Семен Петрович. – Ожил. А что у него сглазом? А, Макар? – обратился он к сторожу.

– Да так, ерунда! Уже проходит.

– Ладно, идем, дел много. – Семен Петрович направился к двери.

– А что со щенком? – с опаской спросил Макар.

– Ничего. Расти из него хорошего сторожа, – послышалось в ответ.

Макар с облегчением выдохнул.

Так открывалась новая глава в жизни щенка Джима.

RSS
08:15
Здравствуйте, уважаемая Марина! Спасибо за присланный рассказ. Написан он интересно, особенно Вам удаются диалоги. Но, правда, текст требует небольшой правки. Помещу Ваш рассказ на сайте журнала «Искорка» и сделаю ссылку в группах в Контакте и Фэйсбук.
Всего Вам самого доброго!
Здравствуйте, Юрий! Спасибо, буду рада! И вам всего доброго!
Загрузка...