Рубрикатор заявок на публикацию в журналы

Геннадий Гумилевский
Автор публикации:

Соединяясь молитвой с Богом

Оглавление

1) Кто мы? Обращение к христианам 2)Молитва. Иван Ильин «Аксиомы религиозного опыта» (Цитаты) 3)Молитва к Богу о нашем благословении 4)Молитва «Отче наш» и о том как молиться 5)Почему в молитве Отче наш говорится об искушении 6)Учение о молитве о. Иоанна Кронштадского.

1)Кто мы? Обращение к христианам

Чтобы быть детьми Божьими, нам не надо быть всесильными, всемогущими, нам не надо никого побеждать. Мы должны победить только себя, мы должны победить только своё «я». Но мы становимся всесильными когда с нами Бог. Так я думаю, что если бы Апостол Пётр попросил Господа, чтобы Он дал ему силы не бояться говорить правду, то Господь помог бы ему, и он бы не отрёкся от Иисуса Христа три раза. Но чтобы Бог был с нами, мы должны быть с Ним, и мы не должны прерывать свои родственные отношения каждый день с Ним.

Находясь вдалеке от детей, моя жена и я испытываем большую необходимость, чтобы дети звонили нам каждый день и сообщали нам о себе. Нам нужно слышать их голос. Нам это необходимо не только потому, что мы любим их, но также и потому, что мы нуждаемся в их любви к нам. И мы бежим всегда к телефону, когда раздаётся звонок, в надежде, что услышим своих детей. Также и Господь ждёт звонка от Своих детей- от христиан, в наших молитвах к Нему. Наше общение с Богом не должно прерываться не на один день в нашей благодарности к Нему, в наших советах с Ним, в наших просьбах к Нему на благословение нас, наших детей и родных и близких, а также и оказания помощи, когда мы в ней нуждаемся.

Однажды, разговорился я на автобусной остановке с одной пожилой женщиной. Мы говорили о наших проблемах, а также о наших отношениях с Богом. Она была какой- то очень спокойной, несмотря на её заботы тех дней. Такое состояние я часто замечал у пожилых глубоко верующих людей. Из всей беседы нашей меня удивил её рассказ о своей вечерней молитве. Дело в том, что она не имела молитвенника-сборника молитв, и она беспокоилась о том насколько правильно бывает её обращение в молитве к Богу.

Сожалея об этом, она мне рассказала, что она просто беседует с Богом, как с Тем, Который ей очень близок, Которого она любит и на Которого надеется. И я понял её, что в это время для неё больше ничего не существует, она только говорит Ему о своей жизни и советуется с Ним обо всём, что её беспокоит, устремляясь к Нему всеми мыслями своими с надеждой и любовью. И слова её бегут легко, как будто кто-то помогает ей в этом обо всём прошедшем дне и его заботах. Она говорила Ему, что удалось сделать и что вышло не так как хотелось. И она спрашивала Его об этом, зная что Бог ответит ей. И она будет ждать Его ответа и помощи, о которой она просит Его. Весь разговор её переплетался словами благодарности, порою и слёз. Такой была её молитва, которая оставила во мне память её тепла и глубокой доверчивости к Богу. Наша близость с Богом не должна прерываться никогда. Мы должны всегда помнить, что мы с Богом связаны любовью, Его любовью к нам и нашей к Нему.

2)Молитва. Иван Ильин «Аксиомы религиозного опыта» (Цитаты)

Живая вера невозможна без молитвы. Ибо вера есть обращенность души к Богу, и как только это обращение осуществляется, так начинается молитва. Надо признать, что представление о молитве, распространенное среди людей нашего века, не выражает её сущности и не охватывает ее объема. Это представление так же отдаленно, беспомощно и внешне, как все отношение наших современников к явлениям Духа. Иные думают также, что молиться надо по праздникам, да еще утром — вечером, перед едой — после еды; и не знают, что молитва может быть неугасающей, вечно теплящейся в глубине человеческого существа. И еще думают, что молитва есть домогающаяся просьба, выпрашивающая у Бога то, что данному человеку нужно, приятно или полезно; и не знают, что молитва совсем не связана с прошением, что молитва имеет бесчисленное множество форм и содержаний, ибо она сопровождает человека через всю жизнь и в каждый новый, иной миг жизни слагается и восходит по-новому, по-иному.

Воспринимая благодатный свет, духовный человек ищет его источник, чтобы поклониться ему. Еще не зная Его, он уже несет Ему благодарность. Еще не удостоверившись ни в Его бытии, ни в Его свойствах, -только еще восприняв Его действие и приняв Его сердцем, — он уже обращается к Нему, неся Ему радость и любовь, призывая Его к усилению и умножению Его лучей. И это есть молитва. Вот почему молитва совсем не нуждается в предварительном доказательстве бытия Божия. Она нуждается только в духовном опыте и в приятии сердцем. Для веры важно не доказательство, а указание и восприятие. Никакое доказательство, понимаемое отвлеченно-умствующей мыслью, не заменит здесь личного, свободного и непосредственного восприятия Божиих лучей -отверстым сердцем. Можно понять все возможные «доказательства бытия Божия», -продумать «онтологическое», «космологическое», «телеологическое», «метафизически-постулативное» и всякое иное аргументирование, -и все-таки не вступить в сферу опыта веры, не уверовать и не начать молиться.

И, наоборот, можно не знать и не разуметь ни одного из этих доказательств, и быть верующим человеком. Живой опыт света обращает человека к солнцу. Живой опыт Духа обращает человека к Богу. Нахождение в себе духовности и качественная радость от нее -заставляют человека как бы повернуться в ту сторону, где Дух и Его Качество обстоят в Совершенстве, и благодарно воззвать. И это есть, непроизвольно возникающая, первая молитва. Но это означает, что полноценная и полносильная молитва осуществляется и дается человеку только тогда, когда его обращение к Богу -сосредоточенно, интенсивно, не развлечение, не расколото, цельно и искренно.

Пусть это будет сначала краткий или даже кратчайший миг, подобный сверканию молнии; пусть это состояние будет внезапно и, с виду, неуловимо, неописуемо, неповторимо; пусть оно будет бессловесно и вследствие этого покажется как бы «бессодержательным». Существенно не это. Существенно, чтобы это было состояние вострепетавшего сердца, как бы пронзенного воспринятым совершенством, обрадованного, осчастливленного, узнавшего (хотя и не познавшего) и потому благодарного. Это -главное. Это есть первая, неожиданно «слетающая» к человеку молитва: молитва не преднамеренная, молитва, подобная дуновению блаженства или восторга, молитва -порыв. Она может прийти от молнии в черных облаках; от тихого заката; или, от легкого ветерка в пустыне на восходе солнца.

Она может состояться от созерцания простейшего цветочка или травинки, при виде снежных гор или улыбки ребенка. Она может быть вызвана глубоким словом или вдохновенным стихом, напевом мелодии, совестным зовом и деянием, чужой добротой, любовью, покаянием или созерцанием Божественного плана в истории. Но эти миги жизни суть как бы «зерна» естественной молитвы, которые нам надлежит ценить, как великую драгоценность, собирать, беречь, повторять и отыскивать вновь и вновь. В молитве сердце «поет» и «горит». И чем властнее эго пение, чем сильнее эго горение, чем чаше оно осуществляется и чем сосредоточеннее нам удается предаваться этому «пению» к Богу и этому горению о Боге, тем богаче и глубже становится наш религиозный опыт.

Чтобы уверовать в Бога, надо пребывать в опыте Божественного. Еще не ведая, что есть Бог или кто есть Бог, надо вращаться в Его лучах, научаясь узнавать их, радоваться им и молиться в них, т. е. гореть и петь в них сердцем. Тот, кто обык в этом и приобрел способность узнавать эти лучи и загораться от них, тот с легкой и быстрой уверенностью отличит всякий соблазн, отвернется от пошлого и ничтожного и отведет всякую пустую схему и мертвую форму отжившей религиозности. Он будет жить наподобие цветов, повертывающих свой лик к солнцу, но не могущих сказать об этом ни слова…

И именно в силу этого и через это он постепенно научится уверенно испытывать Бога в божественных содержаниях и ликах и прежде всего: узнает Его в Христе -Сыне Божием. Ибо воспринять Христа надо не в чудесах, и не в страхе, и не через аргументы, и не через ветхозаветные пророчества, -а в духе и истине, как Он сам указал «Бог есть дух и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин.4:24). Есть много различных «жизненных дорог», ведущих людей к Богу; но путь один -через дух, в живом опыте постигающий духовное, чтобы приблизиться к Духу. И современное человечество именно потому потеряло Христа, что оскудело духовным опытом и стало обращаться к нему неверным бездуховным актом.

От настоящей молитвы у человека остается в душе некое тихое, тайное, бессловесное молитвование, подобное немеркнущему, спокойному, но властному свету. И чем чаще человек осязает его в недрах своего сердца, чем охотнее и любовнее он прислушивается к нему, тем более власти приобретает в нем этот тихий свет, тем больше радости он несет ему, тем очистительнее его действие. Это безмолвное молитвование начинает непрестанно излучаться из глубины сердца, как бы желая освятить все жизненные содержания души.

Господь говорил о важности общности верующих на земле, о создании церкви уже на земле, а значит и о общей молитве верующих. Господь говорил Петру не только об истинной Его Церкви, Невесте Его, но и о церкви земной необходимой верующим для приобретения необходимых совместных признаков бытия в их будущей Иерусалимской Церкви. Господь указал верующим правило как надо молиться Богу молитвою «Отче наш». Однако, Господь Говорил и другое, что интимность верующего и его близость к Богу достигается только в личной молитве, в одиночестве верующего от людей. Эта интимность верующего с Богом всегда индивидуальна, она приобретается только опытом индивидуальным веры человека в своей жизни. Молитва наша, она не для всех, она есть тайна сердца нашего. Господь сказал: «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. Матфей 6:6

И вот что об этом говорится в указанной выше книге Ивана Ильина: «Итак, сосуществование, совместность, общение, подобие, осуществляющиеся в общем пространстве и на общей территории — не нарушают душевной субъективности человека и не отменяют его индивидуальности и его душевного одиночества. Согласно этому субъективен и религиозный опыт человека. Говоря о субъективности опыта веры, я отнюдь не утверждаю, что всякий опыт веры только субъективен; ни в том смысле, чтобы он был пустой иллюзией (хотя возможен и мнимый, иллюзорный опыт); ни в том смысле, чтобы он исчерпывался одними душевными состояниями человека и совсем не входил в объективно-реальную ткань Божьего мира. Церкви и Царства Божия. Но субъективен и личен он всегда; и тот, кто ищет к нему доступа, должен начать с себя самого, со своей субъективной души и её переживаний. Это есть единственный верный путь к Богу, к пониманию чужого религиозного опыта и к настоящей церковной жизни.

Итак, человеческая вера по переживанию есть состояние субъективной души. Верующий верует, но может долго и бесконечно биться над тем, чтобы вызвать подобие такой же веры у неверующего. «Мое верование» есть тем самым только «мое» и ничье больше. Моя молитва — есть моя и больше ничья; в этом ничего не изменилось бы даже и тогда, если бы все люди молились вместе со мной о том же самом. Тот, кто молится за другого, не заменяет и не замещает его в молитве. Молитва другого не есть моя: «я не мог сегодня молиться, а он молился с вдохновением». Всякое верование и исповедание всегда лично и своеобразно, даже среди людей, принадлежащих к одной и той же вероисповедной организации.

Массовое «обращение» людей есть множество одновременных и параллельных, но совершенно личных и своеобразных обращений. Моя вера, моя религиозная очевидность, мой экстаз, моя хвала, мое благодарение — все это совершается в ограде моей личной души, в ее ткани, в ее судьбе. Чужое покаяние — не есть мое.

Все люди молятся различно и по-своему: одни — почти никогда, только в минуты величайшей опасности и великого горя; другие — каждый день утром и вечером; третьи — почти ежеминутно, трепетом сердца. Способы обращения к Богу бесконечно разнообразны. Интенсивность молитвы, чистота созерцания, постоянство помысла, активность в проявлении, эмоциональная окраска, богословская продуманность, волевое напряжение — в обращении к Богу — у каждого свои, особенные.

Опыт веры у каждого из нас единственен и неповторим, как первый крик при рождении и последний вздох в смерти. И подобно первому крику при рождении, в котором человек одинок, и подобно последнему вздоху в смерти, в котором человек не менее одинок, так одинок и его опыт веры. Говоря об «одиночестве» человеческого опыта, я совсем не имею в виду оторванность человека от Бога и не думаю отрицать возможность и необходимость религиозной совместности у людей. Одиночество человеческого опыта не означает ни его бесцерковности, ни его противоцерковности; оно обозначает только его необходимую, первоначальную и исходную форму.

Нередко бывает так, что люди ищут в храме не молитвы, а лишь забвения о своем неумении молиться и находят не подлинный религиозный опыт, а лишь его иллюзию. Человек, неспособный к личному, одинокому боговосприятию, утешает себя предположением, что у «других», у «остальных», у «многих» оно имеется — и, может быть, обманывается и впадает в грустную иллюзию. Ибо на самом деле множество религиозных «мертвецов» имеет Бога не более, а менее, чем один хотя бы и скудно, но самостоятельно верующий человек.

Согласно этому в жизни возможно такое жалкое явление: в храме все воображают, будто все остальные молятся; на самом же деле — не молится никто; все только притворяются, будто молятся и принимают других, немолящихся, за молящихся. Возникает всеобщий самообман, и в то же время — совместный, совокупный обман; и в лучшем случае — некий дурман от этого обмана. По сравнению с этим одинокая молитва самостоятельно верующего отшельника может быть великим огнилищем Божиим на земле. Именно в дверь одинокой души стучится слово Божие. Именно эту одинокую дверь свою — каждый из нас должен сам нащупать в своих душевных потемках и открыть ее настежь, чтобы в нее хлынул свет Откровения. Ибо человек есть личный, свободный и ответственный дух и вера начинается с личной духовности."

3)Молитва к Богу о нашем благословении 

Хотелось бы отметить ещё одну молитву, исполнять которую мы часто забываем, хотя и нуждаемся в ней- неотступную молитву к Богу о нашем благословении. В книге Бытие в главе 32 описывается событие, которое произошло с Иаковом. «И остался Иаков один. И боролся Некто с ним, до появления зари». И сказал Иаков Ему: «не отпущу Тебя, пока не благословишь меня.» Некто был Ангелом посланником Бога. Бог через Ангела проводил испытание Иакова. Победил в этой борьбе Иаков, но не потому, что он был сильнее Ангела, а потому, что Богу было угодно, чтобы победу одержал Иаков.Иаков понимал, что Некто- это воздействие Бога на него, и ему предоставился случай получить Благословение Бога. 

Это событие очень важно для христиан, так как несет в себе не только исторический факт, но и показывает стремление Бога к близости с верующим человеком. Человек, который стремится быть всегда с Богом, похож на маленького ребенка, который протягивает свои ручки к матери, когда она опускает его на землю и когда отходит от него. Это стремление ребенка к матери связано с тем, что ребенок боится потерять самое главное для него- свою маму, и он хватает её за платье и тянется к ней на руки. Ребёнок знает, что его спасение есть от мамы.Благословение Бога для человека означает его спасение и исполнение главного в жизни человека: быть всегда с Богом, а также что с ним всегда будет Бог. 

Нам надо держаться за Бога и не отпускать Его от себя, несмотря на все трудности в нашей жизни и борьбу, которую приходится вести с различными искушениями, обстоятельствами, но в первую очередь с собой. Наша неотступная молитва с просьбой к Богу о благословении соответствует Его желанию в нашем спасении и, согласно Библии, доставляет Ему радость. (Лука 15 Притча о блудном сыне). Мне нравится вот эта молитва в песне «Кофейная молитва» https://z1.fm/song/2897985

ПРИМЕЧАНИЕ: Хотел бы добавить в этой теме, что Ильин не отрицает нигде роль общей молитвы. Отрицание общей молитвы есть отрицание Церкви, не только настоящей, но и будущей! Ильин поднимает вопрос важности нашей личной молитвы и рассуждает здесь только о ней! Я думаю, что Ильин стал первым, поставив важность личной молитвы выше молитвы церковной, так как только личная молитва к Богу спасает человека, но общая, церковная молитва помогает этому спасению. Во всех церковных молитвах всегда присутствует личная молитва каждого верующего! А если бы это было не так, то молитвы церковные были бы не нужны совсем!  

«Быв отпущены, они пришли к своим и пересказали, что говорили им первосвященники и старейшины. Они же, выслушав, единодушно возвысили голос к Богу… И, по молитве их, поколебалось место, где они были собраны, и исполнились все Духа Святаго, и говорили слово Божие с дерзновением» (Деяния 4: 23,24,31).

Окончание следует.

08:20
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...