Рубрики мастер-классов

4. Пространства сказки

В народных волшебных сказках присутствует два пространства (два царства) — реальность героя и сказочный мир (тридесятое царство). В авторских сказках к этим двум пространствам добавляется третье — психологическое, то есть мир главного героя, его чувства, эмоции, переживания, страдания и так далее. В народных сказках психологическое пространство героя отсутствует, так как герои сказок — это типы, а не характеры. Конечно, в народных сказках нам также сообщается о некоторых чувствах героев (что ты, Иван, не весел, что головушку повесил… Пожалела Аленушка яблоньку, съела яблочко… Обрадовался Иван-царевич, вскочил на коня…), но эти чувства генерализованы, обобщены и мало что говорят о характере героя. В литературных сказках именно внутренний мир героя раскрывает нам его характер, поэтому исследователи и выделяют это третье, психологическое пространство.

Итак, реальное, фантастическое и психологическое пространства авторской сказки.

Реальное пространство сказки

Чаще всего — это наше время и наш мир. Иногда — недалекое прошлое. Например, сказка Эрнста Теодора Гофмана «Щелкунчик и мышиный король». Хронотоп (место и время) сказки — это действительность самого писателя, реалии его времени (сказка была опубликована в 1816 году). У Гофмана был друг Юлиус Хитциг, у которого в свою очередь имелись дети. Именно они и вдохновили писателя на создание «Щелкунчика». По сюжету сказки брат и сестра Фриц и Мари Штальбаум накануне Рождества ждут свои подарки. Фриц мечтает о солдатиках (напомню, что в 1816 году у жителей Пруссии еще были живы воспоминания о наполеоновских войнах, и хотя Пруссия и союзники проиграли войну Наполеону, прусская армия еще долго время считалась в Европе образцовой), а Мари хочет новую куклу и прелестное платье. Гофман описывает типичную для Пруссии того времени ситуацию: в доме государственного служащего (отец Мари и Фрица — советник медицины) готовятся встретить Рождество: наряжают высокую живую ель, на кухне полным ходом идет приготовление праздничных блюд, а дети предвкушают тот момент, когда их пригласят к ёлке за подарками. Гофман описывает обстановку в доме Штальбаума, предметы быта, мебель: например, застекленный шкаф, где хранятся детские игрушки, сами игрушки. Иными словами, жизнь и быт своего времени.

В сказке Нила Геймана «Коралина» действие начинается в доме, куда главная героиня Коралина переехала со своей семьей. Это — большой старинный дом в три этажа с мансардой и садом, типичный для какого-нибудь английского графства. Вот как Гейман описывает тот день, в который начинается история:

«Коралина подошла к окну и стала смотреть на дождь. Бывают дожди, под которыми можно гулять, но этот лил как из ведра, он обрушивался на землю и поднимал тучи брызг. Это был очень деловой дождь, и основным его делом на сегодня было превратить сад в грязное и мокрое месиво.

Коралина пересмотрела все кассеты с фильмами, которые нашла дома, поиграла со всеми игрушками и перечитала все свои книжки.

Она включила телевизор и переключала его с канала на канал, но, кроме скучных людей, рассуждавших о фондовых рынках, и ток-шоу, по телевизору ничего не показывали.

Наконец она наткнулась на передачу, которая ее заинтересовала. Шла вторая половина программы о жизни животных. В ней рассказывалось о том, как животные, птицы и насекомые в случае опасности превращаются кто в листики, кто в веточки, кто в других животных. Это немного ее развлекло, но программа закончилась, а дальше по телевизору стали рассказывать о какой-то кондитерской фабрике.

Она решила, что сейчас самое время поболтать с папой.

Папа и мама Коралины работали на компьютерах, а это значит, что большую часть времени они проводили дома. У каждого из них был свой кабинет».

«Коралина» была опубликована в 2002 году. Но даже не зная года публикации, мы понимаем, что реальность главной героини — очень похожа на нашу реальность. Кассеты с фильмами, конечно, уже вышли из употребления, однако телевидение и компьютеры остались.

В книге «Чарли и шоколадная фабрика» британский писатель Роальд Даль помещает своих героев в недалекое прошлое. Книга была издана в 1964 году, но при ее написании писатель опирался на воспоминания своего детства, которые пришлись на 20-е гг. прошлого века. Это было время развития промышленности (ревущие двадцатые), и именно отсюда, видимо, идут корни волшебной шоколадной фабрики Вилли Вонка, на которую попадает главный герой Чарли Бакет. Кроме того, это было время, когда рабочие фабрик и заводов жили впроголодь и в нищете, поэтому Чарли и его семья бедны и вечно голодны.

Фантастическое пространство сказки.

В народных сказках фантастическое пространство — это сказочный мир, в который попадает главный герой (тридевятое/тридесятое царство, царство водяного короля, остров Буян и т.п.) В литературной сказке фантастическое пространство — это выдуманный мир, ограниченный лишь фантазией писателя и его чувством целесообразности и меры. Однако и здесь сохраняется связь с народной сказкой, ибо многие архетипические существа и артефакты в литературную сказку попали именно из фольклора (а точнее, как мы уже выяснили раньше — из мифа) и заняли в ней прочное место. Иными словами, фантазия автора переплетается с мифом, и в результате этого переплетения рождается новый, оригинальный, целиком и полностью авторский фантастический мир. Такой мир может быть:

— Подобным миру людей. Например, невидимый для обычных людей (маглов) мир волшебников в Поттериане, где существуют министерство, школа, проводят спортивные турниры и т.д.

— Абсурдным с точки зрения людей. Например, мир «Алисы в стране чудес», где привычная нам логика не работает.

— Миром, взятым из древних мифов и легенд. Например, остров Авалон (где спит вечным сном король былого и грядущего Артур) — в цикле Алексея Олейникова «Дженни Далфин» или мир древнегреческих богов в цикле Рика Риордана про Перси Джексона.

Здесь будет уместно упомянуть концепцию high и low fantasy (высокого и низкого фэнтези). Многие ошибочно полагают, что высокое фэнтези — это фэнтези превосходного качества, а низкое фэнтези — это фэнтези низкого пошиба. На самом деле, эта концепция не имеет отношения к качеству литературного произведения. Речь в ней идет о соотношении выдуманного и взятого из реальности. Так, в трилогии «Властелин колец» Дж. Р. Толкина выдумано всё — от первого до последнего слова. Писатель разработал целый космогенезис с богами и полубогами, придумал расы, культуру, языки, историю, хронологию, генеалогию и так далее. Именно поэтому «Властелин колец» стал эталонным примером «высокого фэнтези», при том, что он относится к подвиду «эпического фэнтези». Это и породило некоторую путаницу, когда к «высокому фэнтези» стали приравнивать все произведения в жанре «эпик-фэнтези».

Типичным примером произведения в категории low fantasy можно назвать цикл Дж. К. Роулинг о Гарри Поттере или цикл Бена Аароновича про лондонского полицейского Питера Гранта, который распутывает мистические преступления в самом настоящем, реальном Лондоне.

Во второй части мастер-класса "Сказка и миф. Истоки жанра" я вкратце упомянула об индивидуальном мифотворчестве писателей. Как правило, авторы, увлекающиеся мифологией, пишут квази-саги, масштабные полотна, полные эпических битв и событий. Чаще всего такие произведения отностятся к высокому фэнтези и как правило имеют лишь два пространства - фантастическое и психологическое. Если провести анаологию, то литературную сказку можно назвать "индивидуальным сказкотворчеством". Здесь чаще всего реализуется концепция низкого фэнтези, а действие происходит в трёх пространствах.

Возвращаясь к фантастическому пространству авторской сказки, отмечу, что писатель волен выбирать, в какой концепции работать — высокого или низкого фэнтези. Придумает ли он полностью свой мир — как, например, Диана Уинн Джонс (Ингария, Норландия и Дальния в цикле «Замки») или его мир будет приближен к реальному — как Чайна Мьевиль в своем «Нон Лон Доне» или Нил Гейман в повести «Никогде».

Психологическое пространство сказки

Чувства и эмоции героев народных сказок представлены довольно скудно. Мы ничего не знаем о внутреннем мире Иванушки-дурачка или Царевны-лягушки. В литературной сказке внутреннему миру героев уделяется много внимания, этим писатель приближает читателя к своим персонажам, делает их достоверными, реальными, живыми. Но в сказке герои не обязательно должны измениться в финале. Да, есть такое понятие — арка героя. Предполагается, что от начала истории и до ее финала персонаж (главным образом, протагонист) должен измениться, стать лучше, открыть для себя какие-то важные вещи, научиться чему-то важному. В сказке главный герой может и не измениться к финалу. Но он должен обязательно проявить какие-то качества своего характера. В народных сказках, как я уже упоминала, действуют герои-типы: «дурак» — герой, который поступает вопреки всеобщему мнению, полагаясь на свою интуицию, внутренний голос, не глупый, а простой, доверчивый и бесхитростный человек; «мудрец» (калик-перехожий, случайный попутчик, старик-советчик) — архетип мудрости и опыта; «мачеха» — артхетип, противоположный материнской любви, манипулятивная злая женская сила и так далее. В литературной сказке эта связь с архетипами все еще сохраняется. Например, Гарри Поттер — это архетип дурака (Гарри — довольно бесхитростный и простой человек), и на протяжении всех семи книг Поттерианы он не сильно меняется, однако каждый раз у него есть возможность проявить те или иные качества своей личности, а также умения, приобретенные за время обучения в волшебной школе. Софи Хеттер в «Ходячем замке» как была хозяйственной доброй девушкой, умелой рукодельницей, так ей и осталась, при этом за время приключений в замке Хоула она открыла в себе волшебные способности. Милдред Хаббл в серии книг «Самая плохая ведьма» Джилл Мэрфи — девочка добрая, но неуклюжая, непутевая (аллюзия на английское сленговое выражение hubble-bubble), она представляет собой женский вариант архетипа дурака. Как ни бьются учителя в ведьминской школе мисс Кэкл, они не могут сделать из Милдред «путёвую» девочку, — этот персонаж не меняется на всем протяжении истории. Милдред регулярно вляпывается в дурацкие истории, однако, на удивлением всем, выходит из них героем.

Впрочем, литературная сказка не накладывает на писателя никаких ограничений в плане внутренного мира героев. Если автор решил, что герой должен измениться — пусть он изменится. В конечном счете, это сделает архетип героя глубже. Подробнее о героях мы поговорим пятой части нашего мастер-класса.

Психологическое пространство сказки очень сильно связано с личностью самого писателя. Так, например, Роальд Даль рос в интернате и получал в качестве благотворительной помощи детям-сиротам набор шоколадок Кэдберри. Эта была одна из немногих радостей для него, и эту эмоцию писатель перенес в свою повесть «Чарли и шоколадная фабрика». Более того, он выдумал целый шоколадно-конфетный мир, сладкий рай для детей.

Джоан Роулинг, будучи ребенком, играла с мальчиком по фамилии Поттер. Образ этого мальчика она перенесла на своего персонажа Гарри Поттера, а мотив крепкой детской дружбы — один из самых ярких в её произведении.

Диана Уинн Джонс в детстве страдала дислексией. Когда в детстве она заявила родителям, что собирается писать книги, они подняли ее на смех. Став писательницей, она придумала персонажа по имени Грундо, маленького мальчика-дислексика, мать и старшая сестра которого считают его тупым, а главная героиня — Родди — любит и опекает (повесть «Заговор мерлина»). Здесь дислексия Грундо превратилась в «неправильное» волшебство, как в свое время маленькую Диану считали «неправильной».

Время волшебной сказки

И совсем немного о времени волшебной сказки. Как правило, действие сказок происходит либо "давным-давно", в некоем условном прошлом, либо во время, актуальное для читателя (или близкое к нему). Если сказка начинается в реальном мире, то и время чаще всего -реальное, то есть главные герои сказки являются современниками читателя. Для эпического фэнтези привычнее помещать действие в прошлое. Есть еще семантическое время, о котором я расскажу в заключительной части мастер-класса.

Задание для самостоятельной работы:

Сегодня будет только одно задание, но, надеюсь, интересное. Возьмите чистый лист любого формата и проведите две оси - горизонтальную и вертикальную, чтобы они пересекались в центре листа. Горизонтальная линия имеет два полюса: левый - это низшее фэнтези, правый - высокое фэнтези. Вертикальная ось тоже имеет два полюса: сверху - это будущее, снизу - прошлое. Точка пересечения линий - это точка зрения писателя (и, соответственно, читателя), а также наша с вами реальность. Итак: перед вами - фантастическая система координат. Теперь вспомните как можно больше прочитанных вами книг в жанре фэнтези/фантастика и расположите их в этой системе координат в зависимости от:

1. Степени выдуманного/взятого из реальности

2. Времени

3. Посмотрите, в какую область системы координат чаще всего попадают сказки и напишите об этом в комментариях к этому тексту. Будет интересно сравнить, что получилось у вас и у меня.

RSS
15:24
+1
ИНТЕРЕСНАЯ СТАТЬЯ. КСТАТИ, МОЖНО ПОДУМАТЬ О БОЛЕЕ ТОЧНОМ ПЕРЕВОДЕ ТЕРМИНОВ «HIGH FANTASY» И «LOW FANTASY», ТАК КАК СЛОВО «НИЗКИЙ» ИМЕЕТ В РУССКОМ НЕГАТИВНЫЙ ПОДТЕКСТ. ПРЕДЛАГАЮ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В КАЧЕСТВЕ ПЕРЕВОДА СЛОВА «ПОЛНЫЙ» И «ЧАСТИЧНЫЙ» СООТВЕТСТВЕННО
Да, и мне тоже не нравится русский перевод этих терминов. Обычно я использую термины без перевода. Можно взять и ваш вариант, почему нет? :) Тем более, фраза «это полное фэнтези» легко «ляжет на уши» русскому человеку! :)
18:35
+3
Спасибо, с каждой статьей становится всё интереснее )) Я узнала много нового и научилась анализировать сказки. А благодаря этому заданию вспомнила свои любимые, порой даже забытые сказки.
Хорошее предложение насчёт «ПОЛНЫЙ» и «ЧАСТИЧНЫЙ», они действительно лучше воспринимаются.

Итак, вот что у меня получилось:
Частичное фэнтези – будущее
Кир Булычёв «Алиса»
Кард Орсон «Игра Эндера»
Скотт Вестерфельд «Мятежная»
Андрей Саломатов «Самый честный робот»
Варвара Эналь «Живые. Мы можем жить среди людей»
Андрей Фролов «Город Лифтов»

Частичное фэнтези – настоящее
Виталий Губарев «Королевство кривых зеркал»
Любовь Романова «Люди крыш»
Нэз и Лана Светлые «Магическая книга»
Олег Раин «Спасители Ураканда»
Дианна Уинн Джонс «Ловушка для волшебников»
Кадоно Эйко «Ведьмина служба доставки»
Колин Мэлой «Дикий лес»
Лемони Сникет «Тридцать три несчастья»
Михаэль Энде «Бесконечная история»
Астрид Линдгрен «Малыш и Карлсон»

Частичное фэнтези – прошлое
Бент Якобсен «Продавец троллей»
Кеннет Грэм «Ветер в ивах»
Крюс Джеймс «Тим Тайлер или Проданный смех»
Мария Грипе «Дети стеклодува»
Питер Бигль «Последний единорог»
Питер Дикинсон «Верёвочник»
Сильвана Де Мари «Последний эльф»
Филп Пулман «Тёмные начала»

Полное фэнтези – будущее
Джордж Лукас «Звёздные войны»

Полное фэнтези – настоящее
Джоан Роулинг «Гарри Поттер»
Наталья Шерба «Часодеи»

Полное фэнтези – прошлое
Крис Риддел, Пол Стюарт «Воздушные пираты»
Дж. Р. Р. Толкин «Властелин колец»

Может, я где-то ошиблась. Честно говоря, по некоторым книгам возникали сомнения. Думаю, что из этого «графика» фантастической системы координат напрашивается вывод – чаще всего превалируют сказки в жанре частичного фэнтези реального времени. Полное фэнтези встречается гораздо реже. Хотя, быть может, предложенные мною примеры сформировали такое видение. Наверное, я просто предпочитаю этот жанр ))
20:59
+1
Все верно, у меня тоже чаще всего сказки попадают на юго-восток этого графика, то есть в сторону частичного фэнтези и пространства/времени — «здесь и сейчас».
10:01
+2
Очень интересная статья! Спасибо!
12:55
+1
А я, как оказалось, полных фэнтези прочла довольно не много. И все они больше подходят под прошлое (конечно, это другие миры, там все не как у нас, но всё же). В основном фэнтези частичное, и реальное.
Спасибо огромное за урок, безумно интересно!